— Прыгай и хватайся за ножки стула! Я тебя вытащу!

Торрен вернулся к стволу и замер, вцепившись в него руками и глядя на приближающиеся языки пламени.

— Прыгай! — крикнул Дун. Дым уже заполнял башенную комнату. — Быстрее! Ты сможешь!

Порыв ветра подхватил огонь. Ветви вспыхнули прямо под ногами Торрена, и он вдруг решился — оттолкнулся от ствола и полетел к башне, ухватившись руками за перекладину стула. И Дуна потащило вперед. Он едва не выпустил стул из рук, но все–таки сумел удержать его.

— Держись! — прокричал он.

Изо всех сил он потянул стул в комнату, а потом схватил Торрена сначала за одну руку, потом за другую и рывком втащил его в комнату.

Торрена так трясло, что он едва мог стоять.

— А теперь пошли, — сказал Дун и направился к двери.

К подоконнику, за которым только что висел в воздухе Торрен, подбирались языки пламени, похожие на острые оранжевые когти.

ГЛАВА 27

Борьба с огнем

Лина стояла на площади, когда Тик заговорил о требованиях, а Дун крикнул: «По крайней мере, выслушайте нас!» Услышав его голос, она направилась к нему, но пробраться сквозь толпу до противоположной стороны площади ей не удалось.

Она видела, как в солнечных лучах сверкали металлические стержни и осколки стекла воинов Тика. Она протискивалась между возбужденными, кричащими эмберитами, когда заговорило оружие.

Услышав грохот и череду громких ударов, люди, стоявшие рядом с Линой, закричали, подались назад. Лина пригнулась, закрыв голову руками. Через несколько секунд что–то громыхнуло еще сильнее, все закричали, и Лина увидела, как загорелась сосна.

Сухие иголки вспыхивали, как спички, повалил черный дым. Толпа попятилась. Эмбериты, которые редко видели огонь и очень боялись его, в страхе смотрели на горящую сосну — одни закричали, другие так испугались, что не в состоянии были издать ни звука.

Лину охватил такой ужас, что она не могла шевелиться. Ее взгляд был прикован к пламени, этим жутким оранжевым рукам, которые перебирались с одной ветки на другую. В голове звучало: «Беги! Беги!» Но она не могла бежать, ноги отказывались ей подчиняться.

Внезапно она услышала крик: «На дереве человек!» Лина успела заметить какое–то движение на вершине сосны, как вдруг толпа колыхнулась, увлекая ее за собой, она споткнулась и упала.

Поднявшись, она обнаружила, что оказалась впереди толпы."

"На ступеньках ратуши лежал Бен. Уилмер склонился над ним, а Мэри Уотерс кричала: «Пожарная машина! Пожарная машина!» Огонь с сосны грозил перекинуться на башню ратуши: языки пламени уже лизали стену.

И тут за спиной Лины раздался дикий смех.

— Пусть горит! — крикнул кто–то. — Пусть горит! Это им в наказание! Они это заслужили!

Она узнала голос Тика.

— Пусть горит! — торжествующе неслось в толпе.