— Говорить, что мы будем рады работать и не есть? Сказать, что сносить их издевательства мы почитаем за счастье?

— Нет, это будет неправильно.

— Так, может, нам спокойно уйти в Пустые Земли и больше их не тревожить?

— Нет, и это неправильно. — Лина смотрела на воду и думала. — Мы не хотим уходить. И мы не хотим сражаться. Ты считаешь, что других путей просто нет?

— А что еще может быть? Если мы не сражаемся, они заставляют нас уйти. Если мы не уходим, то должны сражаться.

Лина добралась до сердцевины яблока с коричневыми семечками и начала выковыривать их ногтем.

— Я уверена, что должен быть третий путь. Например, мы все усядемся на землю перед гостиницей и будем сидеть. Мы не уходим, но и не сражаемся. Они не применят против нас свое оружие, если мы не будем сражаться, правда?

— Этого я не знаю, — ответил Дун. — Могут и применить.

— Не думаю. Они не такие уж плохие люди.

— Но мы не сможем сидеть вечно, — сказал Дун. — Рано или поздно они заставят нас уйти. Станут хватать по одному, сажать на грузовики и увозить.

— Может, и не станут. Может, мы сможем поговорить и что–нибудь из этого выйдет.

— Не думаю, — возразил Дун. — Тик со своими воинами не будет просто сидеть. Они хотят сражаться."

"Лина подтянула колени к груди и положила на них подбородок. «Что–то хорошее, — думала она. — Какое хорошее деяние сможет все изменить?»

— Мы можем стать сталкерами. Все разом. Им не придется нас кормить, а мы сможем привозить им разные вещи.

— Мы не знаем, что и как делают сталкеры. У нас нет грузовиков. Или быков. Мы понятия не имеем, куда нужно ехать.

— Мы можем пообещать им, что будем выполнять всю самую тяжелую и грязную работу.

— Но это будет несправедливо! Почему мы должны ее выполнять? Нет, ничего хорошего в этом нет. — Дун встал, отряхивая со штанов сухую траву. — Я думаю, время упущено и уже ничего не получится.

Лина сидела и думала. Ей отчаянно хотелось найти ответ, но ответ к ней никак не приходил. У нее резко упало настроение, и вдруг навалилась усталость.

— Что ж, тогда мы должны постоянно быть начеку. Может подвернуться шанс. Мы должны его ждать. Не знаю, что еще нам под силу, — сказала Лина, но прекрасно понимала, как мала надежда.

К ее удивлению, Дун улыбнулся:

— Именно это говорил мне отец, когда я работал на Трубопроводе: «Всегда будь начеку». Тогда это был дельный совет. Думаю, и сейчас тоже. И потом, нам действительно ничего другого не остается.

Лина бросила огрызок на землю, присыпала его землей, и они направились к дому доктора. Дун остался на обед, вместо того чтобы идти к Партонам, а потом вернулся в гостиницу. Лина решила провести остаток дня в поисках выхода.