– Да, – подтвердил профессор Наруа, – случилось что-то, что должно было иметь определенные последствия, и драконы знали какие.

– Кто-то из драконов, – задумчиво вставила я.

Миссис Макстон, воспользовавшись моим молчанием, произнесла:

– В поместье из семидесяти пяти каминов поутру горели лишь семьдесят два, но уже к вечеру огонь радостно трещал во всех. Вам не кажется это странным?

Мы переглянулись.

– Ох, миссис Макстон, я уже не знаю даже, что во всем этом мне может показаться нормальным, – с тяжелым вздохом призналась я.

– Арест этой горничной императрицы, наглейшей мисс Марион Эбигот? – живо подсказала миссис Макстон.

И моя отважная домоправительница с энтузиазмом поведала всем присутствующим о произошедшем. В устах миссис Макстон я совершила невероятный подвиг, вмешалась в самый последний момент и спасла «несчастную, брошенную на съедение ядовитым змеям» бедняжку. Но на самом деле я не была уверена, что спасла Ширли Аккинли, которая была вынуждена сейчас играть роль леди Елизаветы Энсан-Карио.

– Что ж, – выслушав повествование, произнес задумчиво мистер Уоллан, – теперь понятно, по какой причине вся прислуга в поместье Арнелов с благоговением произносит имя нашей мисс Ваерти.

Я несколько недоуменно взглянула на дворецкого, и мистер Уоллан пояснил:

– В случае отравления леди Энсан первый удар обрушился бы на прислугу. Начались бы допросы, проверки, увольнения без рекомендательных писем, а это, учитывая тот факт, что люди привязаны к Вестернадану, означало бы лишение возможности устроиться на достойную работу. Вы спасли очень многих сегодня, мисс Ваерти. Их и их семьи. И прислуге об этом известно – после обеда проходящие мимо меня горничные все, как одна, говорили шепотом: «Храни Господь вашу мисс Ваерти».

Наверное, мне нужно было что-то сказать в ответ на это, но я нашла в себе силы лишь грустно улыбнуться. Несомненно, я была весьма рада тому, что удалось предотвратить страшное преступление, но, как и в случае со спасением Арианы Арнел, спасением в последний момент, не ощутила ни триумфа, ни спокойствия, ни удовлетворения. Меня бы в гораздо более значительной степени порадовало отсутствие подобных ситуаций в принципе.

– Я вижу, радости вы не испытываете, – заметил профессор Наруа.

– Не вижу повода для радости, – тихо ответила я.

– А я вижу! – воскликнула Бетси. – Мисс Ваерти, мистер Уоллан говорит чистую правду – вы сегодня очень многих спасли! И я… я больше не чувствую себя виноватой! Это ведь моя идея была на работу к Арнелам пойти. И я, каюсь, уж думала, что понапрасну мы сюда сунулись, а выходит, не зря – цельную жизнь спасли сегодня! Да и горничным подмогли, а то уж как выбиваются из сил, бедняжки, со всей этой императорской сворой… Ой, прощения прошу, свитой.