Не было попутного ветра.

Не было команды адмирала, сирены, контр-адмирала, и Фирена.

Никого.

И ничего.

Был только Торгард и я.

И пять лет пропасти между нами из-за лжи.

Я смотрела в глаза Торгарду, блуждала по лицу, по легкой щетине, по жесткой линии губ, по острым скулам, квадратному подбородку и широкому лбу.

Он стоял передо мной, суровый и непоколебимый, как скала, и в его глазах горел огонь, который не мог погасить ни один шторм. На меня уже смотрел дракон и ждал от меня реакции.

Но я всё ещё ждала ответа на свой вопрос и повторила.

— Как ты мог поверить, что я могла быть с другим? — мой голос был холодным и безэмоциональным. — Тогда это полный бред.

Торгард вздохнул, его голос стал более мягким, но всё ещё сохранял резкость.

— Истинные не так часты сейчас, Лис. И я не хотел, чтобы ты была со мной только из-за этого. Я хотел, чтобы ты сама поняла, что мы связаны как люди, что просто любят друг друга. Но я ошибся. Я был дураком. Надо было сразу поставить тебя перед фактом, как только мы встретились. Поставить метку.

Он склонился надо мной, я грудью ощущала жар, исходящий от него.

— Но я не хотел, чтобы ты была со мной только из-за связи моего дракона. Я хотел, чтобы ты выбрала меня по собственной воле. Ты человек, Лис. И не способна чувствовать истинность.

«А значит могла… изменить, могла найти другого», — делала я сама вывод из его слов.

Моё сердце застыло. Я не могла найти слов. Мы смотрели друг на друга, море шумело вокруг нас, но в этот момент всё замерло.

— Я наполовину сирена, наполовину драконица, — произнесла я. — Но я не знала этого… тогда. Я не знала, что не человек.

— Мы оба были в неведении. Я о том, что ты не человек, ты о том, что истинная.

Я развернулась в кольце его рук и снова посмотрела на горизонт. Ветер поднимался. А потом на ухо раздался хриплый, но острый как нож вопрос.

— Так ты чувствуешь, Лис, что я твой истинный?

Глава 40

Я замерла, почувствовав, как слова Торгарда пробрались в самую душу.

Не знала, что ответить. Его вопрос был прямым и требовал ответа, который я не была готова дать. Мои губы дрогнули, но слова застряли в горле.

Торгард не отводил от меня взгляда. Его глаза, глубокие и полные силы, словно гипнотизировали.

Я чувствовала жар его тела, его дыхание, смешанное с солёным воздухом моря. Каждый нерв моего тела был натянут до предела, как струна. Казалось, что всё вокруг исчезло — только мы двое, на этом корабле, в этом мгновении.

— Ты должна понять, Лис, — его голос стал ещё более низким и пронзительным. — Я не собираюсь скрывать свои чувства. Я не хочу терять время. Мы итак потеряли его непозволительно много.

— Торгард, — опустошенно произнесла я. — Это слишком... всё это... слишком.

— Ты говоришь, что наполовину сирена, наполовину драконица.