Эх, не надо было брать джин-тоник в буфете, обошелся бы без него! Перед отъездом Надежда Павловна всем предлагала взять в дорогу бутерброды, но никто не взял. Все, наверное, как и Сергей, хотели быстрее вырваться на свободу современного потребления и, оказавшись в городе, кинулись по кафешкам, барам, а то и ресторанам. Он сам мечтал о каком-нибудь бургере, поэтому от предложения Надежды Павловны тоже отказался. Ну и дурак! Взял бы бутербродики и мог бы сэкономить, не покупать ничего в вокзальном буфете. Лишняя трата получилась… Но после трех суток на «советской» еде ему так захотелось чего-то привычного, вкусного!

* * *Он и сам не ожидал, что, оказывается, соскучился по ангельскому голоску.

Но что ж поделать, если до возвращения домой после окончания отборочного тура ему было совершенно нечего сообщить… Собственно говоря, ему и сейчас докладывать особо не о чем. И голосок, поняв это, не скрывал неудовольствия.

— Всегда знала, что ты тупой, — процедила обладательница голоса.

— Разве я виноват, что ничего не понял? Твой американец не больно-то делится своими соображениями.

— Ладно, рассказывай хотя бы то, о чем знаешь точно.

— На мероприятии будет шесть человек, три парня и три девчонки. Что будут делать — неизвестно. Из сотрудников остаются все, кто изначально намечен. Слышал краем уха, что вроде американец собирается отказаться от второго переводчика-синхрониста, говорит, что вполне освоился и ему хватит одного.

— Когда начнут?

— В конце июня, в двадцатых числах. Среди ребят есть студенты, им нужно сессию сдать.

— И что он собирается делать почти месяц? Останется в Москве? Или уедет?

— Говорит, что останется. И сотрудников попросил не разъезжаться.

— Зачем?

— Ты меня спрашиваешь? — усмехнулся он. — Сказал, что будет заниматься подготовкой и каждый из сотрудников может в любой момент понадобиться.

— И ты тоже?

— Выходит, и я тоже. А что тебя смущает? Ты хотела в это время пригласить меня в гости?

— Размечтался! Скажи-ка лучше: тот дед с дурацким именем все еще при нем?

— Назар? Да, он теперь правая рука нашего американца. А что, он тебя беспокоит?

— Он мне не нравится! — отрезал ангельский голосок. — Кто он такой? Откуда взялся? Ты хотя бы это выяснил?

— Откуда взялся — сказать не могу, мне не докладывали, но он полицейский в отставке.

— Полицейский… — задумчиво протянула она. — Ну, тогда ладно, это не опасно. Полицейский, значит… Это ничего, это нормально, менты всегда были тупыми.

— Неужели тупее меня? — поддел он, не удержавшись.

Она так и не избавилась за все эти годы от своей привычки называть тупыми всех, кого не могла понять или заставить делать то, что ей хочется. Когда-то его это забавляло и даже умиляло, теперь же стало раздражать.