— А Ирочка что же не пришла? — спросила Надежда Павловна, накладывая в тарелку нечто под названием «бифштекс с яйцом».

— Худеет, — коротко пояснила Дуня.

— На гарнир что положить, макароны или гречку?

— Давайте гречку. Только без подливки, если можно.

Надежда Павловна внимательно посмотрела на нее.

— Бледная ты какая, Дуся… Не болеешь?

Никто никогда не называл ее Дусей, и слышать такое обращение было непривычно и почему-то неприятно. Но возражать не было сил. Ладно, пусть будет Дуся, какая разница?

— Или устала? — продолжала заботливо выспрашивать Надежда Павловна. — Я так поняла, что у вас сегодня был напряженный день, начальники наши тоже не приходили, попросили им на пятый этаж подать. Ну, они-то ладно, они в возрасте, могли и устать. А вы-то, молодежь, чего скисли?

Почему-то Дуне вспомнились слова Татьяны из «Мещан»: «Я навсегда устала… на всю жизнь устала». Именно это она сейчас и чувствует. Может, зря Дуня присоединилась к тем, кто считает Татьяну неприятной личностью? Может, эта девушка, ее ровесница, действительно обессилела, как и сама Дуня?

— Устала, — равнодушно согласилась она и, поблагодарив повара, унесла свой поднос с тарелкой и стаканом какао. Стакан был граненый, а на поверхности напитка плавала противного вида пенка.

Есть не хотелось совсем, но Дуня дала Ромке честное слово не голодать и не пропускать завтраки, обеды и ужины. «Тебе нужно набираться сил, — твердил он. — Организм должен точно знать, что три раза в день в одно и то же время он получит еду, тогда он расслабится и перестанет экономить энергию. До тех пор, пока он в этом не уверен, он старается не тратить энергетический запас, а то вдруг еще долго ничего не дадут… Как только он начинает экономить, у тебя заканчиваются силы. Организм — это компьютер, при отсутствии питания он уходит в спящий режим. И очень не любит, когда его пугают стрессами или голодом». Откуда у Ромки в голове возникла такая теория — непонятно. Но он стоял на ней твердо и непреклонно. Хотя как знать… Возможно, теория правильная. Дуня с ним не спорила, просто пообещала делать, как он велит. Она не кривила душой, когда на собеседовании в мае сказала, что готова хоть полы мыть, хоть нужники чистить, да она на самом деле готова была хоть дохлых мышей есть, лишь бы выправить ситуацию и снова стать той Дуняшей, которую любил самый лучший на свете мужчина, ее Ромка. Если для этого нужно давиться, но есть три раза в день, она будет давиться и есть.

За соседним столом ужинали бабушки — Галина Александровна и Полина Викторовна, разговаривая о чем-то оживленно, но очень тихо. «Наверное, про деньги, — вяло подумала Дуня. — Теперь все будут говорить только о деньгах, которые вчера пообещал Уайли.