Не хотел его мочить!

– Ты чё?! Когда уже вышли на цель, метаться поздняк!

– Ладно, давай!

Лихой рванул с места, развернулся через двойную осевую и затормозил у ведущих к парковке ступеней. Гаврош распахнул дверь. Время для него растянулось. Из гостиницы вышел Протазан. Громадными прыжками, перепрыгивая через ступени, Гаврош взлетел на площадку, оказался у джипа и обежал его сзади, выключая из игры водителя, даже если у того есть оружие. Сысоев и его напарник медленно поворачивались в его сторону, Протазан замер, как каменная статуя, непонимающе поворачивая голову.

– Ложитесь, останетесь живы!! – во все горло заорал Гаврош, вскидывая пистолет-пулемет.

Но они не послушались. Оба охранника уже направляли пистолеты в его сторону.

– Тыррр! – округло выговорил «Кедр», со звоном раскатились по асфальту гильзы. Володя отшатнулся, теряя равновесие, на белой рубахе расцвели два красных цветка, пистолет вылетел из руки.

– Тыррр! – его напарник выполнил движение типа балетного фуэтэ, но это не помогло, все равно он получил свою пулю и, раскинув руки, тоже начал падение назад.

Протазан быстро сориентировался даже в растянутой реальности, он развернулся и бросился обратно.

– Тыррр! Тыррр! Тыррр! – зло взревывал пистолет-пулемет. Рой пуль настиг убегающего. От спины дорогого пиджака полетели ошметки ткани, зазвенело стекло, и он упал ничком прямо у спасительной двери. Впрочем, это была только иллюзия возможности спастись. Гаврош подскочил к распростертому телу, навел «Кедр»…

– Тыррр! Тыррр! – еще несколько пуль пришпилили Протазана к асфальту, остальные с визгом отрекошетировали в стеклянную стену.

Остался водитель.

– Тыррр! – Гаврош не целясь, дал очередь по джипу: затрещали, покрываясь пробоинами, стекла, полетели брызги металла.

Этого должно быть достаточно, чтобы даже при наличии у водилы оружия отбить охоту подводить итог развернувшейся на его глазах бойни. Для этого, кроме пистолета, должен быть боевой дух и недюжинное самообладание.

Гаврош бросился бежать и через несколько бесконечных секунд запрыгнул в машину. Дверца «девятки» захлопнулась, и Лихой рванул с места.

* * *"

"Утренний туман плыл над водой. Арсений забросил удочку под самый камыш, положил удилище на рогатину и сел на раскладной стул.

Волны от проходившей по Дону баржи прибили поплавок вплотную к камышу, но на это он не обратил никакого внимания. Сидел и смотрел куда-то вдаль, на противоположный берег. Рядом с ним такой же раскладной стол и ещё два пустых стула из комплекта. На столе бутылка водки, три пустых рюмки и простая закуска: жирная донская селёдка бочкового посола, сдобренная подсолнечным маслом и украшенная колечками сизого лука, домашний сыр, зелень, свежие помидоры, хлеб.