Мы нарадоваться на него не могли. Другой бы мальчик гулять бы или ещё куда убежать пытался, а этот нет. И покачает её, и одеяльцем укроет, если раскроется, и всё так осторожненько. Золото мальчик."

"– А, ну да, он ещё меня с ложечки кормил. У нас даже фотка есть, – улыбается Анжела.

– А есть саму как он тебя учил, не помнишь?

– Только по рассказам, бабуль.

– Он же, знаешь, деточка, Анжелке ещё всего ничего было, только-только садиться начала, как он заявил родителям, что будет приучать сестру к самостоятельности.

– Ха-ха-ха! Да!

– Да, давал ей в ручку ложечку и учил кушать саму. Сколько они тогда с ней одёжек измазали, сколько еды перевели, саму Анжелку после этого обучения всякий раз отмывать приходилось. Но, ты знаешь, деточка, в полтора года наша уже кушала аккуратно, сама, по-взрослому. Все удивлялись.

Андрюшенька у нас добрый мальчик, хороший. Вот только не женится никак. Мать его извелась вся прямо. Уже и знакомила его с хорошими девочками, всё нет. Не хочет жениться и всё. Вот что с ними делать, с молодёжью этой. Им бы всё погулять да покуролесить. А семья ведь это самое главное.

А у тебя есть мальчик-то, Марианночка? – спросила вдруг бабушка Изабелла, хитро блеснув глазами. От такого резкого перехода я даже немного растерялась, но ответила как есть.

– Нет, бабушка Изабелла, мальчика у меня нет. У меня есть девочка. Дочка.

– Батюшки. Такая молоденькая, и уже доченька есть. Ты ж моя милая. А сколько же твоей доченьке?

– Она грудная ещё. Кормлю её ещё.

– Батюшки, молодец-то какая! Ох, ты ж, а молоденькая-то какая… Это во сколько же лет ты замуж-то вышла?

– Я не вышла. Я одинокая мама.

Я ожидаю увидеть разочарование в глазах старушки. Для старых людей родить без брака это ведь вообще. За гранью. Но в выцветших глазах старушки я вижу лишь сочувствие и доброту.

– А ты нашего Андрюшку-то не знаешь, Марианн? – спрашивает вдруг бабушка Изабелла. В её глазах откуда ни возьмись вдруг зажигаются озорные искорки. Я чувствую, как поневоле краска начинает заливать лицо.

– Бабуль! А ты нас кормить-то сегодня будешь?

– Да батюшки, как же не буду-то, внученьки вы мои дорогие, давай-ка, подсоби мне, Анжела…

Ох, чёрт. И чего я так реагирую-то? Простой же вопрос был. Надо же, Анжела почувствовала мою неловкость и перевела наше общение в другое русло. Русло вкуснейших пирожков с чаем.

Бабушка Изабелла живёт в коттеджном посёлке в доме, сложенном из цельных брёвен красивого тёплого желтоватого цвета. Гостиная, в которой мы пьём чай, тоже вся в тёплых желтоватых тонах. Просто и уютно. Много вышивки. Вышивка везде, и на скатерти, и на салфеточках, и на длинном белоснежном полотенце около иконы в светлом углу.