Эдди тяжело вздохнул.

— Как я отношусь к этому, да? Слушай, неужто ты не можешь оставить меня в покое?

— Нет, Эдди. Я должна это знать!

— Хорошо. Ну, хорошо, тогда я скажу. Ты вот была ребенком и вы там играли с другими детишками и… и я тоже был когда-то ребенком, понимаешь? Хорошо. И когда я был ребенком, у меня ничего не было. Понимаешь, Кэти? Ничего. Ни-че-го. Я… я… вот ты говоришь — Мехико… тебе хочется в Мексику. Что ж, я тоже хотел бы попасть туда. Мне на самом деле очень туда хочется и… и мне хочется, чтобы там у меня было много денег и чтобы официанты бегали вокруг меня… я хочу, чтобы у меня что-то было, чтобы я был чем-то.

А то — всегда ничего и ничего… Я… мне надоело быть мусором на улице, поняла?

— Я понимаю. Но…

— Так вот, дорогая, не нужно спрашивать у меня, как я отношусь там к чему-то. Не нуди. Я не хочу думать сейчас о том, что я делаю или почему я это делаю. Я делаю то, что я могу делать и ничего другого мне не остается, поверь мне. Так что лучше не думать обо всем этом. — Он на мгновение умолк, а потом, когда продолжил, то в голосе его звучало самое настоящее отчаяние.

 — Это — единственный путь для меня, другого я просто не знаю.

— Нет, Эдди, это неверно, — твердо сказала Кэти. — Эдди, мы можем прямо сейчас уйти отсюда. Сай бреется в ванной и ничего не услышит. Если мы поторопимся… Эдди, мы смогли бы вырваться отсюда, отпустить где-нибудь мальчика и быть потом свободными. Неужто ты думаешь, что полиция не махнула бы на нас рукой? Если мальчик будет на свободе до того, как деньги перейдут из одних рук в другие, неужто ты думаешь, что они станут особенно доискиваться и ловить нас? И тогда мы и в самом деле могли бы добраться до Мехико.

А там мы с тобой были бы вместе, а главное — нам не пришлось бы потом всю жизнь скрываться.

— Я… я не знаю. Знаешь, я просто не могу сейчас без курева.

— Эдди, ты должен сказать мне.

— Кэти, оставь же ты наконец меня в покое! — выкрикнул он. — Ладно, я пока что выйду.

— Куда ты?"

"— В машину за сигаретами и… а потом я просто пройдусь немного.

— Я пойду с тобой.

— Не нужно. Оставь меня одного! — сказал он, отворяя дверь.

— Но ты до сих пор так и не сказал мне, что ты думаешь обо всем этом, Эдди.

Я должна знать, что ты…

Дверь резко захлопнулась. В отчаянии она стояла посреди комнаты, прислушиваясь к его шагам на посыпанной гравием дорожке. Она подошла к двери и заперла ее, а потом прислонилась к ней спиной и тяжело вздохнула. Именно в этот момент Сай снова запел в ванной. Она подошла к окну и выглянула наружу, чуть отодвинув краешек занавески, потом задумчиво постояла какое-то время. Затем она отвернулась от окна и окинула взглядом комнату, запертую дверь в ванную и спящего на постели мальчика.