Вместо этого с полной сумкой ценностей на плече и полным выводком августейших персон рядом, каторжник шел прямо к баронским крепостям. Где совсем недавно кипел бой. За городом пахло гарью, пораженные в спину крестьяне попадались почти на каждом шагу.

- Спаси и сохрани нас, Мать-Дева, - прошептал Але запомнившийся когда-то кусочек молитвы. - Оборони от Врага своего и нашего, и от...

- Тише ты, - довольно грозно буркнула королева. - Накаркаешь. Иди-ка лучше вперед, и посматривай в оба. Если кого увидишь, подними руку, мы попробуем спрятаться на обочине.

- Может, и сумку вам оставить? - довольно нахально спросил рассерженный каторжник.

- И оставь, донесу! - не смутилась Диас. - Я на себе еще больше таскала, и ничего, не надорвалась. Давай, любезный, иди, все же я твоя королева, а не наоборот.

Немного смущенный безносый покорно отдал Диас сумку и вышел на полсотни шагов вперед. Про себя он продолжал бормотать отрывки из молитв - все же страшно идти по освещенной луной пустынной, если не считать трупов, дороге, да еще одному. Вскоре они добрались до ""стены"", так никого и не встретив. Та крепость, что стояла слева от дороги и принадлежала барону Льежу Фасти, вовсю дымила, видимо внутри еще только разгорался пожар. Из противоположной цитадели доносились пьяные выкрики и звуки тамтама. Дружинники отмечали легкую победу.

- Вот ведь как получается, - пробормотал Але. - Такая ночь, а идти безопаснее, чем в иной день. А может, это Мать-Дева помогла. Ой, прости тогда Мать-Дева, прости!

Они шли еще долго. Стонали дети, и сумку снова нес Але, а королева успела десять раз поссориться с посланником мужа, которого не менее сотни раз прокляла. И все же утром, когда солнце поднялось уже достаточно высоко и на дорогах появились первые, самые смелые путники, все благополучно добрались до Кривого Моста. На берегу сидел Хью Грамон и прихлебывал из кувшина.

- Господин Грамон!.. - Але исторг настоящий крик радости, да такой, что коротышка облился. - А я все сделал, как вы сказали!

- Я сказал? - изумился Хью и степенно поднялся. - Нет, ты всего лишь выполнил приказания Его Величества. Счастлив вас приветствовать, Ваше Величество! Приятна ли была ваша дорога?

- Жуть как приятна, господин Грамон, - скривилась Диас. - так же приятна, как вы любезны в нашу последнюю встречу. Где Том? Или нам предстоит тащиться еще до этой Матерью-Девой забытой деревушки, где он изволит меня ожидать, сидя на заду?

- Не совсем так, - вздохнул Хью, потер больной, все еще заплывший глаз и пососал пустую трубку. - Тяжкие времена посетили нашу страну. Нет больше в людях ни законопослушания, ни богобоязни. Вчера я претерпел бой, потерял одежду и обувь, и все, что смог обрести по дороге сюда - на мне. Старые сандалии, рваная рубаха и грешно сказать какие штаны.