Алексей долго расспрашивал гостя о том, кто ныне окружает царя, как его душевный настрой, кто кормит его лошадей – да вообще обо всём.

- Да тебе ли, Басман, не знать, какой настрой у государя нашего! – на очередной вопрос рассмеялся Пётр, выпив уже изрядно. – Ты-то сколько служил подле царя, не знаешь будто, какой нрав у него. Вот так же всё и осталось.

- Неужто у царя-батюшки настолько скверный нрав? – удивленно спросил Фёдор, доливая гостю и отцу вина.

Пётр и Алексей дружно рассмеялись, и все трое подняли кубки.

- Избави нас господь от гнева его! – воскликнул Алексей и осушил кубок разом.

- А ты, Федя, предстанешь когда перед государем, того гляди, не дерзи. – предостерёг Пётр.

– Видел я тебя в бою, и парень ты смелый, но молод и горяч. Таких сейчас царь себе и собирает заместо старых бояр.

Юноша на секунду задержал взгляд на кубке вина в своей руке, пристально рассматривая содержимое. Вроде как, даже прислушиваясь к словам гостя. Но мгновение спустя вернул себе непринужденный вид.

- Вот любопытно, что же с этими самыми старыми боярами стало, да, батюшка? – усмехнулся, переводя тему разговора, Фёдор. – Да хоть с Мишей Репниным.

- Даст Бог, не узнаешь никогда. – хмуро осадил сына Алексей, повелевая жестом налить ему ещё.

***

Москва укрылась белым снегом. На улице стоял такой студёный воздух, что резал от мороза нос, оттого ставни в царских палатах были плотно закрыты.

Духота наполняла весь зал. Наперебой звенели бокалы и раскатисто гремел пьяный смех. Скоморохи шныряли меж гостей, со свистом и взвизгиванием догоняя друг друга.

Поодаль ото всех стояла фигура Михайло, облачённого в пурпурный кафтан. Его твёрдый, слегка презрительный взгляд будто бы скользил поверх всего царившего вокруг бесчинства.

Он стоял, прислонившись спиной к стене и потирал уставшие от пестрых красок и беготни скоморох глаза.

- Царь велит идти к нему! – громко крикнул из ниоткуда подкравшийся боярин.

Князь сглотнул, и, стиснув зубы, последовал за боярином, который повёл его меж пьянствующих придворных и скоморох, с одним из которых князь столкнулся лицом к лицу. И тут же на момент оторопел от ужаса, ибо возникшая перед ним маска была отнюдь не веселой - исполосана глубокими морщинами, а глаза точно разъехались от старости или тяжкой скорби. Откуда только на царском пиру такие черти берутся…

Скоморох в этой жуткой маске точно забавлялась с князем, и не давала ему дороги, торопливо и неуклюже переступая с ноги на ногу. Боярин же бесцеремонно толкнул шута, дабы князь, наконец, предстал перед государем."

"Царь сидел на троне, заливаясь грудным смехом. Тёмные глаза, поблёскивая янтарными всплесками от пламени свечей и факелов, глядели на князя, точно на дичь охотничью.