Остальным суждена гибель. Они коснеют в ложной вере и, стало быть — непримиримые враги Пророка, гибель для них — малое воздаяние за великую скверну, принесенную в мир. Но, чтобы не рыскать, подобно голодным волкам зимнею порой, нужен, как минимум, один, а лучше два или три живых монаха, которые укажут, где упрятана их обитель.

— Зачем же трое?

— А если один не пожелает говорить? Ничто так не развязывает язык, как вопль сгорающего в яме соратника. Особенно если приходится своими руками закапывать обгорелые скрюченные останки.

— Преклоняюсь пред твоей мудростью, почтенный доверием.

Тимур лишь усмехнулся. Он знал этого человека не один год, и когда-то сам обращался к нему таким же образом. Теперь роли поменялись. Все же слишком давить не стоит. Здесь, в Диком Поле, всегда может представиться случай загладить былые прегрешения, а будь на то воля наместника, и возвыситься. Старый знакомец до сего дня служил верно, наместник мог быть им доволен.

— Ты все делаешь правильно, просто мало знаешь, — примирительно бросил посланник Эргеза. — Но это не твоя вина. Однако слушай внимательно.

Я позабочусь, чтобы монахи во главе с Маратом наткнулись на отряд, велю своим людям беречь чешуйчатого как зеницу ока. Но запомни: он должен покинуть бой как можно раньше. Если понадобится, спаси его…

— Я сделаю все так, что никто ни о чем не догадается. Позволь мне уйти, не ровен час, хватятся.

— Ступай, и да будет над нами воля Пророка.

* * *Библиотекарь повернулся к Нуралиеву:

— Свети-ка сюда.

Тот поднял факел надо головой, и пламя, колеблемое ветром, налетающим от реки, выхватило из темени кусок замшелой стены с мрачным провалом зарешеченного окна.

— А вот это уже очень интересно, — негромко проговорил Хранитель Знаний, тыча вверх длинным узловатым пальцем.

— Что?! — пытаясь сообразить, о чем толкует старик, вскинулся лейтенант.

— Сейчас покажу, — Библиотекарь приподнялся на носки, уцепился за какую-то едва видную на фоне старой кладки штуковину и начал ее вращать.

— Что там?!

— Вот, смотри, — старик протянул офицеру странного вида железку, похожую на букву «Т», но в нижней части витую и заостренную.

— Странная вещица, — повертел в руках диковину Нуралиев.

 — Но что она нам дает?

— Часть разгадки, мой юный друг, только часть.

Комендант Трактира молчал, с удивлением глядел на мудрого старика, ожидая, когда тот продолжит.

— В принципе это — штопор, — улыбаясь лишь уголками губ, пояснил Хранитель Знаний.

— Я что-то об этом слышал, — лейтенант сморщил лоб, пытаясь вспомнить, откуда ему известно это слово. — Это связано с самолетами. А еще, кажется, этим открывали бутыли с вином.

— Так и есть, — подтвердил старейший из Совета Старейшин.