— Могла ли оказаться на территории империи еще одна команда высокой выучки, представляющая третью, пока неизвестную сторону? — сформулировал свой интерес клановец.

В этот раз Хули-Цзин ответил почти мгновенно:

— На уровне чуда.

Чем, в общем, подтвердил мнение Светланы.

— Благодарю, — чуть склонил голову парень. — Это то, что я хотел услышать.

Он собирался бить в ответ. Всерьез. Но было бы неразумным ворошить осиное гнездо, если бы эта акция не была задумана кем-то из командиров «краснобородых» контрабандистов.

— Но ты еще здесь, — констатировал старик.

— Да, господин Хань, — негромко подтвердил наблюдение Волконский.

— Мне нужен совет.

Хули-Цзин помолчал еще какое-то время, пытаясь понять мотивы сидящего перед ним юноши.

Они не друзья. Их отношения — вооруженный нейтралитет, в рамках которого юноша и старик оказались ситуативными союзниками. Однако «волчонок» пришел именно к нему.

— Говори, — равнодушно предложил хозяин кабинета.

— Исходя из анализа предоставленных вами сведений, я могу заключить, что средства связи у этой троицы между собой имеются. С остальной сетью на территории империи коммуникация сильно ограничена в целях безопасности.

Даже их ближайшие представители, координирующие работу на местах, не смогут выдать местоположение «кукловодов». Верно?

— Мы пришли к такому выводу, — не мигая подтвердил господин Хань.

Его желание встретиться с кем-нибудь из этой троицы ничуть не уступало «задору» сидящего перед ним юнца.

Волконский вздохнул. Пригубил чая из пиалы работы древнего мастера и замер ненадолго, оценивая божественный вкус напитка.

— Значит, они сами должны выйти на меня, — пожал плечами он.

Старик кивнул. Идея прекрасная.

Только кто решится дернуть тигра за хвост? Да и не стоит забывать, что хунхузы никогда не играли честно. Никакой благородной дуэли. На удар они порой отвечали смертью родича. Часто довольно подлой. И долгой. А, возможно, и не одного.

Старик вздохнул. Сидящему перед ним юноше было что терять. В этом его слабость. Он и сам уже должен был в том убедиться. Его отец до сих пор еще не пришел в себя.

— Вы уже определились в своем намерении, господин Волконский? — негромко спросил Хули-Цзин, едва решил, что дал юноше достаточно времени насладиться тончайшими ароматами благородного напитка.

«Волчонок» неожиданно криво усмехнулся, заставив старика вздрогнуть. Ух очень этот оскал напоминал тому о другом… Волке.

— Я хочу побыть совсем-совсем плохим, господин Хань, — констатировал клановец.

В этот миг в глазах Волконского блеснуло нечто такое, что хозяин кабинета невольно подумал, что юноша его еще удивит. Хотя казалось, что это чувство в нем практически умерло… пока старый воин не прибыл в империю… «Боевой народ» умудрялся преподносить сюрпризы.