Да ничего! Просто заявил бы, что неизвестная преследовала его, а он оказал сопротивление… например, распяв ее на дыбе! Самооборона же в чистом виде!

Но «купил» он ее вовсе не этим.

— Знаешь, Саша Мышкина, «Новости РИ», — чуть насмешливо хмыкнул молодой человек. — Я тебя отпущу. Прямо сейчас.

Действительно, уже через минуту девушка была свободна и, по уверениям потерявшего к ней интерес клановца, вольна в передвижениях.

— Какие условия? — тут же нахмурилась недавняя пленница.

— А никаких! — выдал молодой человек, вызвав странный взгляд даже со стороны страшного мужчины с обожженным лицом.

— Ой, да ладно тебе! — хмыкнул Павел Анатольевич своему безопаснику, заставив девушку вновь застыть (ну не ведут себя так клановцы!). — Пусть побегает. Жалко, что ли?

Мужчина абсолютно равнодушно пожал плечами.

— Я бы зачистил.

При этом в словах его и капли наигрыша не промелькнула. Он явно привык именно так и разбираться с попавшими к нему в руки «объектами».

— Блин, Олег Юрьевич, — расстроенно покачал головой Волконский. — Ну никакой бережливости… Что за бесцельное разбазаривание ценного ресурса⁈

«Страшный» с сомнением покосился на юного господина таким взглядом, что Саша похолодела. Взор же ее недавней «цели» так и остался безмятежным.

— Сестренку надо тренировать? — рассудительно поинтересовался клановец.

Мужчина ровно кивнул.

— Сейчас мы дадим уважаемой «Саша Мышкина, „Новости РИ“» четыре часа, — начал разворачивать свое предложение молодой человек. — Пусть бежит куда хочет!

— А потом? — застыла девушка от недоброго предчувствия.

Однако природное любопытство ей промолчать не позволило.

— А потом я сделаю Светлане Анатольевне Волконской небольшой подарок, — предвкушающе улыбнулся молодой человек. — Назову настоящее имя Рины Воробейчик.

Журналистка застыла на месте. О Ледяной королеве, второе слово в титуле которой нередко заменяли на «с**а», она слышала. И много. Репутация у нее была пугающая. И нет, вовсе не рассказы о том, как клановка завтракает младенцами, и грабит бабушек по ночам, составляли ее основу. Просто отчего-то все были уверены, что стоит перейти дорогу Волконской, и она сломает жизнь обидчика. Без злости и ярости, а привычно и легко.

С точки зрения Павла, в этом образе правды было немного. Однако годы работы аналитика высочайшего класса дали свой жуткий эффект.

— А потом? — вновь повторила застывшая Мышкина, уставившись остановившимся взглядом куда-то в район переносицы собеседника.

— Засеку время. Интересно, сколько ты пробегаешь.

— Ставки, — негромко добавил «страшный».

— К-какие? — на чистом автомате словно сомнамбула прошептала Саша.

И даже не удивилась, когда Волконский снизошел до ответа.