Еще три или четыре раза падали лошади, и под сыщиками, и под проводником, и вьючные. Мокрые, усталые, люди таскали грузы на себе за сто с лишним саженей. Найдя место посуше, разожгли из сухостоя костер, сварили кашу с солониной, поели и немного покемарили. Сергей уже не смеялся.

В темноте они вышли из бадарана и поставили палатку на опушке. Иван нарубил веток, устлал ими пол. Затем дымокуром выгнал изнутри комаров. И обессиленные путники заснули как убитые. Лыков успел лишь подумать: если и далее такие же трудности, хватит ли у него сил преодолеть их? Он немолод и весь изранен – что, если не сдюжит?

Утром выяснилось, что палатка стоит прямо над долиной Алдана.

И вниз ведет удобная тропа. Уложившись, русские начали спуск и вскоре оказались в селении Хаджима. В нем было всего с десяток балаганов, и те разбросаны на большом расстоянии друг от друга.

В Хаджиме экспедицию ждало новое испытание. Предстояло переправиться через Алдан, а ширина его достигала здесь восьми верст. На берегу в тальнике отыскалась лишь одна ветка – легкий челнок, сшитый из досок. Как быть? Выручил опытный Волкобой. Он поплыл на утлой лодчонке на правый берег.

Сыщики с тревогой наблюдали за ним. Между досок сквозили такие щели! Но Иван благополучно переправился и пошел в большое селение Крес-Хальджай. Оно стояло в пятнадцати верстах от реки, и отсюда его невозможно было разглядеть. Через несколько часов старатель привел из деревни нескольких якутов, у которых в кустах оказались спрятаны две большие лодки.

В результате переправа прошла успешно. Лодки прибыли в Хаджиму, на них сложили весь багаж. Коней загнали в воду и привязали к корме. Налегке животные поплыли, сперва без особых усилий.

Когда они начали уставать, лодки причалили к острову. Там скотинка передохнула, и ее опять послали в реку. Уже возле правого берега одна из вьючных лошадей начала захлебываться. Иван свесился за борт, приподнял ее голову над водой и так держал, пока не причалили.

Уф… Первая серьезная водная преграда преодолена. Сколько их еще ждет экспедицию впереди? Лыков начал понимать недоверие местных администраторов к его способности достичь Кухумана. До цели еще больше тысячи верст, а сил у статского советника уже поубавилось. Коряво!

После переправы «живая сила» долго отдыхала.

По ногам коней пробегали судороги, они вытянули шеи и дышали во все бока. Нечего было и думать заставить их тащить вьюки до селения. Якуты пригнали своих лошадей, запряженных в сани, и нагрузили багажом. Оказывается, здесь нет экипажей на колесном ходу и даже летом тяжести перевозят на санях! Пятнадцать верст вдоль уже знакомых аласов экспедиция Лыкова преодолела лишь к вечеру. На переправу, таким образом, ушел целый день."

"Утром Алексей Николаевич прогулялся по Крес-Хальджаю.