Сыщики представились, мигом оказались в маленькой приемной, и через пять минут к ним вышел начальник губернии. Действительный статский советник Нарышкин с порога заявил:

– Рад вашему приезду, господа. Не желаете ли в баню? Натоплена, только вас и дожидается. А о делах поговорим за обедом, к которому я вас приглашаю после помывки."

"– О! Весьма любезно! – обрадовались командированные, почесываясь во всех местах.

Разговор состоялся через два часа с четвертью. Гости, румяные и довольные, переоделись в мундиры со старшими орденами. Они истребили горячее, потом угостились чаем с ромом.

Перейдя в кабинет, все трое откинулись в кресла. Нарышкин обратился к статскому советнику:

– Алексей Николаевич, рад снова с вами повидаться. А кто ваш помощник?

– Коллежский асессор Азвестопуло Сергей Манолович. Прошу любить и жаловать. Когда-нибудь он меня заменит.

– Даже так? Знаменитого Лыкова?

Статский советник поморщился:

– Не так уж я и знаменит, Александр Петрович. Скажите лучше, что там с Витте? Когда же он наконец сядет на должность? Указ о его назначении вашим губернатором подписан государем двадцатого января!

Пришел черед морщиться Нарышкину:

– Да обещает появиться через две недели.

Отослали ему в Качуг пароход «Работник». Жду не дождусь нового начальства – дел накопилось видимо-невидимо.

Нарышкин принадлежал к древнему знатному роду. И даже имел свойство с царствующим домом, поскольку Наталья Кирилловна Нарышкина была женой царя Алексея Михайловича. Но Александр Петрович служил вдалеке от столиц, в Сибири, и застрял в вице-губернаторах. Видимо, этим и объяснялась его желчность.

Действительный статский советник сменил тему:

– Алексей Николаевич, вы привезли с собой армию? Мне доложили, что нет.

– Нет, армию мы действительно не привезли.

– Почему? – впился в гостя взглядом хозяин. – Я же писал: моих сил недостаточно, городовые казаки не справятся с сотней отпетых головорезов, вооруженных к тому же пулеметом.

– Александр Петрович, там их не сотня, а лишь два десятка. Они опасные, вы правы, это беглые каторжники во главе с неким Кожухарем по кличке Сашка Македонец. Остальные пять десятков просто дикие старатели, которые моют золотые россыпи в притоках Колымы.

– Македонец? Россыпи? – недоверчиво переспросил Нарышкин. – Откуда у вас такие сведения?

– Они получены агентурным путем.

– То есть вы там, в Петербурге, лучше меня знаете, что здесь творится?

– В этом конкретном случае – да. Люди Македонца караулят округу и не пускают туда других старателей. Конкурентов убивают – вы сами об этом сообщали. Весной они ликвидировали одну из таких артелей, зарезали всех, кроме одного. Тот рванул с перепугу на запад и в столице рассказал свою историю моему осведомителю.