Волкобой поговорил с ними на смеси трех языков и сказал питерцам:

– Один хребет перевалили, остался еще один – Тас-Кыстабыт. За ним уже Колыма.

– А что за река перед нами?

– Томпо.

– Как Томпо? Мы же были на ней месяц назад!

– Мы были в низовьях, а это верховья.

Проводник знал свое дело и повел сыщиков дальше. Через день пути они через незаметный перевал с очередным неизбежным озером спустились в долину Индигирки. И взяли путь на Оймякон.

Тропа шла по левому берегу полноводной реки Брюнгадэ. Резко изменился характер леса: окончательно исчезли сосны, их сменили лиственницы.

Ехать было относительно легко в сравнении с предыдущими болотами или горами. Болота имелись и здесь, между склонами долины и прибрежными рощами. Их было видно издалека по скоплениям засохших деревьев. Однако путники не отдалялись от реки и выбирали для дороги толоны – ровные участки местности. Травы росло вдоволь, а тут еще Лыков неожиданно подстрелил на водопое лося. Теперь и мяса у них тоже хватало. Статский советник часто был за кашевара: варил шурпу, жарил потроха, научил молодежь фабриковать шашлык на ивовых прутиках. Еще он собирал и добавлял в пищу масленики[74], что делало сохатину особенно вкусной.

Караван двигался по толонам якутской рысцой, делая шесть верст в час. Через три дня такой езды Брюнгадэ влилась в еще более крупную реку Кюёнтя – левый приток Индигирки. Здесь уже начиналась обширная долина Оймякона. Сначала путники прибыли в урочище Мойнобут, где у Ивана отыскался очередной кунак. Их накормили знатным обедом и отпустили с добрым напутствием. Затем последовали урочища Чангычаннах, Ют-урбыт и Ебугэ-кюеля, густо, по здешним меркам, заселенные.

Между разбросанными балаганами бродили обширные стада лошадей, оленей и коров. Якуты возили сено на санях, запряженных быками. Многие запасали рыбу, длинные гроздья которой развешивали на сушилах. Рыба предназначалась и для людей, и для ездовых собак. Каждая псина за зиму съедает по пятьсот штук!

Наконец караван вышел на берег реки Куйдуган, очередного притока Индигирки. Якуты называют главную водную артерию просто Улахан-юрях – Большая река. Индигирка открылась путникам издали – до нее было не менее пятнадцати верст. А долина Куйдугана поразила давно забытым зрелищем – наезженным трактом.

Река текла с юга. Оттуда в Оймякон шла старая дорога с морского побережья, от города Охотска."

"Экспедиция неуклонно двигалась к цели и к вечеру въехала в Крес-томтор (Церковное место) – административный центр всего Оймяконского улуса. Действительно, столица: две церкви, балаган священника, больница, школа, соляная стойка, дом мирового судьи и целых десять якутских юрт. Имелись даже лавка с различными товарами и пушная фактория купца Кушнарева.