Он вкатил тележку, аккуратно и красиво составил на круглый столик чашки, чайнички и сахарницу со щипчиками и еще блюдо с какими-то крохотными пирожками, от одного взгляда на которые Ольге немедленно захотелось есть. Оказывается, она с утра ничего не ела!"

"Ни за что не буду есть, тут же решила она. Пошли они к черту, эти миллионщики! В этот момент она очень хорошо понимала Кузю, который, бедолага, мечтал насолить им хоть как-нибудь!..

Крепкий чай полился в чашку, и сразу вкусно запахло вечером, отдыхом, уютными разговорами.

— Сахар, лимон?

Ольга кивнула.

Катька-зараза взяла в руки чашку с блюдцем, отпила крохотный глоток и неслышно поставила чашку обратно. Теперь она не только сидела, сложив ноги, как принцесса, она еще и чашку держала на весу так, что было, наверное, очень неудобно — и — да, да, да! — очень красиво. Гостиничный муж на диване устроился гораздо более привольно, чем его великосветская жена.

— Ольга, о чем ты хотела меня спросить?

— А ты уверена, что твой муж должен нас слушать?

Миллионщики переглянулись, и — Ольга голову могла дать на отсечение! — он Катьке подмигнул!

— А у нас какие-то интимные секреты?

— Ну-у, — протянула Ольга. — Я не знаю! Может, твоему мужу они покажутся интимными!

— Послушайте, — сказал муж. — Чего вы так утруждаетесь-то? Это не я пришел к вам в дом с вопросами! Это не я заставил вас отложить давно намеченное мероприятие с сыном. Это не мне нужны сведения, которые помогут изобличить виновного и освободить невинного. Да или нет?

— Да, — буркнула Ольга.

— Тогда что за канитель вы устраиваете?

Хороший вопрос, подумала Ольга. Просто отличный.

— Катя, я знаю, что позавчера вечером ты была у Кузи в общежитии, — выпалила Ольга.

— Была, — согласилась Катька-зараза.

Ольга, не ожидавшая такого скорого признания, даже растерялась немного.

— А зачем ты к нему приезжала?

Плечи под белым свитером чуть заметно дрогнули — жизнь миллионеров, знаете ли, еще и не такому самообладанию научит!

— Это имеет значение?

— Да! Имеет!

— Я приезжала, чтобы поговорить с ним.

— Поговорила?

— Нет, я его не видела. Я разговаривала со старушкой, видимо, смотрительницей, и она мне сообщила, что он никогда не возвращается так рано и ждать его бессмысленно.

— Кать, — сказала Ольга. — Ты же там жила, в этой общаге! Это не «старушка-смотрительница», а баба Вера! И она тебя узнала!

— Я и не скрывалась.

— Катя, зачем ты к нему приезжала?

— Ой, да ладно тебе политесничать! — вдруг сказал гостиничный муж со своего дивана. — Все уже, Кать! Нам больше никто не сможет помешать! Послушайте, как вас… я забыл, как вас… простите…

— Ольга.

— Да. Ольга, а Кузмин точно убит?

— Перестаньте говорить о нем в таком тоне! — закричала Ольга Пилюгина.