Например, отсутствие симметрии в теле, или какие-то врождённые патологии типа порока сердца. В общем, тот, кто бросил на нас это войско, попросту избавлялся от слабых."

"— Ничего себе слабые, — хмыкнул я. — Они нас едва не порвали.

— О том и речь. Создания, что поджидают вас возле шахты, будут гораздо сильнее. Подумайте, Евгений: возможно, вам стоит пересмотреть маршрут.

— Увы, но на это нет времени. Орда таких, более сильных, сейчас дожидается подкрепления в шести часах пути. Нам нужно что-то, чем мы сможем ответить, и без руды у нас нет ни единого шанса.

— Есть ещё кое-что… — Семецкий замялся, видимо, подбирая слова.

— Что, Юрий Михалыч? — поторопил его я.

— Это касаемо того ролика, что показал вам полковник. Дело в том, что там налицо монтаж. Да, хороший, почти незаметный, но я смог его проанализировать. Дело в том, что дата и время создания файла… В общем, он никак не мог попасть к нам с Земли, его создали здесь, на Элпис.

— Вы уверены?

— Евгений, вы за кого меня принимаете? Я несколько раз всё проверил и да — я уверен.

— Никому больше об этом не говорите. Вы поняли? Обещайте, что больше никому не расскажете! Алё… Юрий Михалыч! Приём, вы меня слышите⁈ Юрий Михалыч?.. Блядь, да что там у вас⁈ Алё…

Но ответом была тишина. Связь будто отрезало, а внутри меня заворочалось нехорошее предчувствие. Вот только я не понимал, связано оно с предстоящей схваткой или всё же с внезапным молчанием профессора. Возможно, со всем сразу. Однако Семецкий был далеко, и я никак не мог повлиять на то, что у него происходило. А враг уже рядом, и, судя по утробному рычанию Жухлого, вот-вот ринется в атаку.

Отбросив переживания по поводу профессора, я переключил мысли на предстоящую схватку. Уж это я умел делать как никто другой. Когда выходишь на ринг и напротив стоит боец, способный одним ударом выбить из тебя дух, нет места посторонним мыслям. Что бы ни случилось за пределами боя, это неважно, пока рефери не поднимет твою руку. Да, сейчас нет того, кто может остановить бой за использование грязного приёма. Судья здесь один — смерть, а от победы зависит будущее остатков человечества. Хотя, может, мы уже вовсе и не остатки?

Мутанты хлынули сплошным потоком, окружив грузовик, но я уже был готов к чему-то подобному. Выставив руку, я активировал энергетическое оружие, и мои воины в точности повторили манёвр. Волна проложила широкую просеку сквозь тела тварей, но их оставалось ещё очень много. И да, профессор был прав: эти были другими, хоть внешне и походили на тварей первой волны.

— Защищать технику! — отдал я ботам приказ и занял оборону в задней части кузова.

Жухлый рычал и брызгал слюной, пытаясь отогнать противника грозным видом. Но он был ещё слишком мал, чтобы оказать более-менее веское сопротивление.