К тому же после падения правительства Пуришкевича, «воцарившегося» сразу после первых выборов в Думу и пробывшего премьером почти семь лет, новым главой правительства стал Сергей Банязин, блестящий экономист и социолог, в свое время окончивший Санкт-Петербургский университет благодаря моему Обществу вспомоществования в получении образования сиротам и детям из бедных семей. А он — парень умный и сумел выдвинуть очень приличную программу выхода из кризиса и дальнейшего развития, чем-то похожую на рузвельтовский «Новый курс». Вот и дороги строим… Так что есть шанс, что начнем выбираться. Я в эти дела не лез — макроэкономист из меня аховый, — но ситуацию отслеживал. Были у меня кое-какие планы на очередной экономический «выстрел». Вероятно, последний.

— А какие дороги вы планируете строить дальше?

Я пожал плечами:

— Сейчас совместно с Министерством путей сообщения прорабатываются перспективные маршруты. Как только определимся — известим общественность.

— Ваше высочество, — (этот голос мне не понравился, какой-то нагло-вальяжный), — а вы не собираетесь в связи с кризисом понизить плату за проезд по вашим дорогам? А то уж больно дорого для простого человека выходит…

— Платная дорога «Санкт-Петербург — Москва» — чисто коммерческое предприятие. Все просто: если я не верну свои деньги — не смогу начать новое предприятие. Поэтому цена за проезд точно рассчитана и тщательно выверена. — Я замолчал.

Но мой новый собеседник не угомонился:

— Так-таки не сможете?

Я наконец-то рассмотрел вопрошающего. Н-да, явно господин не бедствует — такую шубу бедствующий вряд ли себе позволит. Между тем он продолжил:

— Ежели газеты не врут, то общий размер вашего капитала составляет не менее пяти миллиардов рублей.

— Ну как же газеты могут врать? — делано изумился я. — Это ж просто… неприлично — врать-то. Ну вот вы же не будете это делать, так? А с чего другие-то будут?

Эта моя сентенция вызвала дружный смех. О том, что газеты врут много и, так сказать, задорно, в стране не говорил только ленивый. Нет, ленивый тоже упоминал, точно. Вот и о размерах моего состояния газеты соврали. Оно было намного больше. Уже лет пять назад, как раз на пике послевоенного разгона, я начал постепенно избавляться от своих промышленных активов (ну, кроме банковских — на них у меня были свои виды) как в России, так и в других странах, и к настоящему моменту заводы Магнитогорска мне уже не принадлежали. Как и мурманский порт. Как и Норильские медно-никелевые рудники. Как и многое, многое другое. К настоящему моменту восемьдесят процентов моего состояния было переведено в золото. Я ждал кризиса и предвидел его, а в такие периоды золото является самым надежным активом.