Но страшная ябеда, ей нравится, когда других наказывают, часто себя за счет других возвышает, говорит, например: «Нина чашку опять разбила, а я никогда ничего не бью».

– Сколько у вас детей? – поинтересовалась я.

– Сейчас только четверо, – ответила Татьяна.

Я сделала глоток чая.

– Много!

Хозяйка тоже села к столу.

– Что вы, в прежние времена, когда Кирилл Петрович был жив, мы брали и по десять!

– Вы посвятили свою жизнь сиротам, – продолжала я. – Руководитель нашего интернет-портала «Свой чужой ребенок» очень заинтересовался вашим опытом, велел мне вас расспросить.

Татьяна пододвинула ко мне тарелку с домашним печеньем.

– Я беседовала с ним. Александр Михайлович умный человек с приятным голосом. Он объяснил, на какую тему интервью. Сначала я отказалась, никогда не общалась с журналистами и не испытывала желания иметь дела с прессой. Но ваш начальник такой воспитанный, знающий человек. Он меня очаровал, поэтому я согласилась. Ну и материальный вопрос, он обещал…

Татьяна Ивановна замялась.

Я вытащила из сумки конверт и положила его на стол.

– Здесь гонорар. Спасибо, что решились на беседу. Ваш опыт бесценен, он поможет тем, кто мечтает стать приемными родителями. Пожалуйста, пересчитайте и напишите расписку. Она уже напечатана, лежит вместе с купюрами.

– Расписку? – напряглась хозяйка. – Зачем?

Я изобразила смущение.

– Когда деньги переводят через банк или на карту, то начальник подтверждения их получения не требует. А вот если деньги отдаются с глазу на глаз из рук в руки, то строго предупреждает: «Без расписки вернешься – уволю». До меня у него работал парень, который брал суммы для вручения тем, кто любезно соглашался дать интернет-порталу интервью, и отдавал человеку половину. Вторая часть оседала в его кармане.

– Ой, ой, как плохо, – вздохнула Татьяна, – теперь все остальные сотрудники находятся под подозрением.

– Именно так, – согласилась я, – сделайте уж мне одолжение!

– Конечно, – кивнула Татьяна и быстро черкнула по листку ручкой.

– Спасибо, – обрадовалась я, – если какие-то вопросы покажутся вам вдруг бестактными, то они не мои. Александр Михайлович велел их задать. Девочка Ася приехала к вам из Средней Азии, у нее было имя Асият. И остальные дети не москвичи, более того, не россияне. Они выходцы из среднеазиатских и кавказских стран ближнего зарубежья. Почему вы опекаете иностранных детей? Разве в России мало сирот, которым нужна ласковая мать?

Татьяна прижала руки к груди."

"– Не знаю. Просто мое сердце отдано этим девочкам.

– К мальчикам любви нет?

– Я люблю всех детей без исключения, – пояснила хозяйка, – но с девочками легче, они послушнее, ласковее, с ребятами порой очень трудно, в подростковом возрасте все начинают чудить.