– Ой, еще собачки, – пролепетала Марина, глядя, как в столовой появляются Афина, Хуч и Черри, – и птичка!

Ворон облетел стол, сел на голову жены Дегтярева и сказал:

– Детка, запомни, перед тобой Гектор.

Марина отодвинула стул и сползла на пол.

Маруся бросилась к ней.

– Не бойтесь. Это ворон, не путайте с вороной. Умный до безобразия. Хорошо говорит. И в отличие от людей, только по делу.

Марина, сидя на полу, обняла Хуча и Черри.

– Совсем их не боюсь, я обожаю всех животных, на пол села, чтобы лапушек поцеловать. Идите сюда!

Хуч сопя залез к супруге Александра Михайловича на колени, Черри уткнулась мордой ей в шею.

Мафи с размаху навалилась на спину и попыталась схватить зубами ворона, который уютно устроился на макушке Марины.

– Уйди, противная, – процедил Гектор.

– Дети, вы любите домашние сухарики из белого мяса индюшки? – спросила Марина.

– Они о них даже не слышали, – засмеялась я.

– Завтра сделаю! Надо только купить правильные продукты, – пообещала Марина и всхлипнула. – Спасибо, что мне судьба афериста послала. Огромное! Преогромное спасибо! Как я счастлива, что Дима решил меня обмануть.

Спасибо. Спасибо.

Мы молча смотрели на нее. Марина вытерла лицо краем рукава своего безумно красивого платья.

– Не появись в моей жизни Дима с шайкой-лейкой, зачем мне Дегтярева искать? Значит, я не приехала бы в Ложкино, не познакомилась бы с вами, не увидела собачек… Вот она, польза вреда. Сначала кажется, что в твоей жизни случился ужас-ужас-ужас. Потом – чирик, и ужас оборачивается радостью. Пожалуйста, не гоните меня. Я тихо жить буду! Готовить каждый день новое.

Можно так?

Марина заплакала. Я растерялась, и тут Гектор громко заявил:

– Хватит сопли лить, веди себя хорошо, и никто тебя не выгонит.

Глава 21

На следующее утро мы собрались на первом этаже своего офиса. Комната выглядела обычно. Подушки с кошками-собаками, немыслимо роскошные занавески и все прочее исчезло.

– Пусто как-то, – заметил Кузя, усаживаясь за стол, – все, конечно, выглядело по-идиотски. Но когда убрали, как-то тоскливо стало.

– Давайте займемся делом, – велел Дегтярев, – интерьер обсудим потом. Константин Сенин сказал, что видел, как Кирилл Петрович закапывал тело своей дочери Вари Гореловой.

Почему Сенин не сообщил об этом в милицию?

– Побоялся, – пояснила я. – Вдвоем в лесу, рядом никого нет, у Кирилла лопата. Если он убил родную дочь, то мог и Константину голову заступом снести. Хотя он мог заявить об этом позже.

Сеня встал.

– У меня возник другой вопрос. Давайте проведем эксперимент.

– Какой? – обрадовался Кузя. – Научный?

– Можно я разожгу костер? – спросил Сеня.

Я удивилась.