Морда живо порядок навел. Он был в авторитете, его боялись. Ко мне мужик недели две присматривался, потом спросил:

– Ты Москвин?

Я кивнул, он осведомился:

– Чего тут оказался? Ты совершеннолетний? По виду так младенец.

Я ему объяснил, что меня обвиняют в убийстве девушки, которое произошло после того, как она ушла с празднования моего дня рождения. Мне исполнилось восемнадцать. Если бы беда случилась на сутки раньше, не сидеть бы мне в этой камере.

– Повезло тебе, – улыбнулся Борис.

– Да уж, – уныло сказал я, – оказался со взрослыми, не с ребятами моего возраста.

– Дурак, – отрезал Мокроусов, – страшнее малолеток никого нет. У взрослых страх присутствует, если не боятся ментов, то опасаются авторитетов. А подростки отмороженные. Тебя бы там мигом на нож поставили.

Морда стал меня опекать. Мы с ним много разговаривали. Борис знал, что скоро умрет, у него уже было несколько инсультов. Я ему правду рассказал, как вам. Он поморщился.

– Да, пацан, никому ты реально не нужен. Подставили тебя, Андрюха. Польза вреда, однако.

Я не понял его. Мокроусов объяснил:

– В каждом вреде, который тебе причинили, непременно есть польза. Тебя обвинили в убийстве? Какая в этом польза? Конечно, можно и в СИЗО человеку небо в алмазах устроить. Но это непросто сделать, стоит дорого. Не дрейфь. Заимодавец тебя теперь не тронет. А опытный адвокат отмажет.

– Моему все по фигу, – вздохнул я.

Через пару дней после разговора Борису стало плохо, его унесли в местный медпункт, где он и умер. Спустя неделю меня отвели на беседу с адвокатом, но я увидел другого человека. Он протянул мне листы.

– Ознакомьтесь, вам сменили защитника. Там информация обо мне.

Я начал читать, и в середине абзаца, где сообщалось об образовании адвоката, вдруг пошел текст: «Меня для вас нанял господин Мокроусов. Не волнуйтесь, услуги оплачены полностью, не нервничайте. Вытащу вас». И он сдержал обещание.

Я посмотрела на Сенина.

– Судя по тому, что вы сидите в инвалидном кресле, тот, кому вы не вернули долг, решил отомстить!

– Он не виноват в моей травме, – ответил Сенин, – но я из-за него в каталку сел.

– Загадочное и непонятное объяснение, – удивилась я.

– Убили его, – пояснил Константин, – снайпер в голову угодил, когда барыга из машины выходил. Нет человека, нет долга. Он в одиночку работал. Сам деньги давал, сам бандитов нанимал, чтобы долги выбивать. Я сидел на работе, в кабинете телевизор включил перед совещанием. Хотел кофе глотнуть, новости посмотреть. А тут вон что! Я совещание отменил, коньяку нахлестался, но все равно был трезвым. Сел в машину, помчался в дом, где жил, а по дороге меня коньяковский и достал. Я поднимусь. Уже могу стоять, делать пару шагов. Оборудовал в доме зал, каждый день приходят тренер, массажист.