А сейчас на душе у Гарри неспокойно. Он боится рассердить тетю с дядей. Они и так на него очень злы, потому что недавно ему позвонил Рон, который, как и Гарри, настоящий волшебник.

Рон Уизли, лучший друг Гарри, вырос в семье волшебников и знает столько всего интересного, о чем Гарри и понятия не имеет. А вот по телефону Рон никогда не говорил. И, соскучившись, решил воспользоваться этим магловским изобретением. Как на грех, трубку снял дядя Вернон.

— Алло. Вернон Дурсль у телефона.

Гарри, который тоже был в гостиной, замер, когда услышал доносящийся из трубки голос Рона:

— АЛЛО! АЛЛО! СЛЫШИТЕ МЕНЯ?! МНЕ НУЖЕН ГАРРИ ПОТТЕР!!!

Рон так громко кричал, что дядя Вернон подскочил и убрал трубку дальше от уха, глядя на нее яростно и беспокойно.

— Кто говорит? — опомнившись, громыхнул дядя в трубку. — Кого вам надо?!

— ЭТО РОН УИЗЛИ!!! — орал Рон, словно они с дядей Верноном стояли на противоположных концах футбольного поля. — Я ШКОЛЬНЫЙ ДРУГ ГАРРИ!!!

Дядя Вернон покосился своими маленькими глазками на Гарри, который застыл на месте.

— Здесь нет никакого Гарри Поттера! Понятно?! — завопил дядя не хуже Рона, держа трубку подальше от уха, будто боялся, что та взорвется. — Не знаю никакой школы! Никогда нам не звоните! Не смейте нас беспокоить!"

"И он швырнул трубку так, словно это был ядовитый паук.

— Как ты смеешь давать наш номер всяким типам! Типам вроде тебя!!! — брызгал слюной дядя, задыхаясь от ярости.

После этого звонка Гарри стало совсем грустно. Рон больше не звонит — видно, понял, что навлек беду. И от третьего участника их школьной компании, Гермионы Грэйнджер, также ничего не слышно — наверное, Рон предупредил ее, чтобы она не звонила. Жаль, ведь Гермиона сама из семьи маглов, умеет пользоваться телефоном, и к тому же лучшая ученица второго курса в их волшебной школе. Уж она-то сообразила бы, что в разговоре с Дурслями не стоит упоминать о Хогвартсе.

Итак, он не общался с друзьями больше месяца, и казалось, что это лето будет таким же плохим, как и прошлогоднее. Но все-таки крошечное улучшение есть. Дядя Вернон разрешил выпускать по ночам из клетки сову Буклю. Гарри дал честное слово, что не будет слать письма друзьям, и дядя согласился. Дело в том, что, сидя взаперти, Букля очень шумит.

Гарри переписал про Венделину и опять прислушался. Тишина. Только толстый Дадли похрапывает у себя в комнате. Должно быть, очень поздно, глаза слипаются, пора спать — сочинение можно дописать и завтра ночью.

Гарри закрыл чернильницу, встал с кровати и вытащил из-под нее старую наволочку. Сунул в нее фонарик, «Историю магии», сочинение, перо и пузырек с чернилами. Под кроватью вынималась старая паркетина, в полу под ней была большая ниша, туда он все и спрятал.