Также напоминаем, что любая колдовская деятельность, влекущая за собой опасность обнаружения членами немагического сообщества (муглами), является серьёзным нарушением согласно разделу 13 Закона о секретности Международной Конфедерации Чародейства.

Желаем приятно провести каникулы!

Искренне Ваша,

Мафальда ХопкёркОтдел неправомочного использования колдовстваМинистерство магииГарри оторвал взгляд от письма и судорожно сглотнул.

— А ты не говорил, что тебе запрещается колдовать вне школы, — пробормотал дядя Вернон, и его глаза озарились тусклым сумасшедшим светом. — Забыл, видать… выскочило из головы… — Оскалившись, он навис над мальчиком, как гигантский бульдог. — Что ж, у меня есть новости, парень… я запру тебя наверху… ты больше не пойдёшь в свою школу… никогда… а попытаешься применить свои штучки и удрать — тебя исключат!

И, хохоча как маньяк, он поволок Гарри наверх.

Дядя Вернон исполнил угрозы в точности. Наутро он вызвал мастера, и тот поставил Гарри на окно решётку. Сам дядя Вернон установил в дверь откидную кошачью дверцу, чтобы три раза в день совать в комнату скудную еду. В туалет выпускали два раза, утром и вечером. Всё остальное время Гарри сидел взаперти.

Через три дня порядки не смягчились, и выхода Гарри не видел. Он лежал на животе, горестно смотрел сквозь решётку на заходящее солнце и гадал, что же с ним теперь будет."

"Какой смысл колдовать, чтобы освободиться, если за это его исключат из «Хогварца»? Но жить на Бирючинной улице тоже больше невозможно. Дурслеи узнали, что им не грозит проснуться однажды утром мышами или лягушками, — Гарри лишился последнего своего оружия. Может, Добби и удалось спасти его от ужаснейших событий в «Хогварце», но, если дела пойдут так и дальше, он всё равно помрёт с голоду.

Хлопнула дверца — рука тёти Петунии протолкнула внутрь миску супа из консервов. Гарри, у которого давно подводило живот, соскочил с кровати и схватил миску. Суп был холодный как лёд, но Гарри всё равно выпил залпом половину. Потом вывалил Хедвиге в кормушку овощи, похожие на мокрые тряпки. Сова нахохлилась и посмотрела на хозяина с глубочайшим отвращением.

— Нечего клюв воротить — ешь что дают, — сурово сказал Гарри.

Он поставил пустую миску на пол рядом с дверцей и снова лёг на кровать. Почему-то теперь он был голоднее, чем до супа.

Предположим, через месяц он ещё будет жив. Но если он не приедет в «Хогварц»? Пришлют кого-нибудь узнать, что с ним случилось? Смогут заставить Дурслеев его отпустить?

Комната погружалась в темноту. Истерзанный бесплодными размышлениями, вопросами без ответов и голодным бурчанием в животе, Гарри провалился в беспокойный сон.

Ему приснилось, что он сидит в зоопарке, в клетке с табличкой «НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИЙ КОЛДУН».