Так что это ответственное задание наш капитан мог поручить только тебе.

— Я не подведу, кити-кити!

И блондинка принялась елозить тряпкой с удвоенной силой.

Альпа флегматично откинулась на соседний ящик с золотом — на другом она сидела. Третий стоял с открытой крышкой, и Кармилла перебирала пальцами звонкие монеты.

Золото блестело так красиво, но не радовало ее.

В углу арсенала осталась стоять сумка, наполненная сокровищами для нее. И часть ее темненькой души действительно хотела вскинуть лямку на плечо и свалить. Возможно, это наилучший вариант после всего.

На самом деле, Кармилла сама не понимала, почему хочет остаться.

Да, Волк ей нравится, но после такой грандиозной ссоры вряд ли у них что-то получится. Ее даже посетила неприятная мысль: а что, если он прав? Что если она тянется к людям просто потому, что сородичи ее отвергают?

Но ведь Волк тоже ее отверг! Почему тогда она не может смириться с этим и просто уйти? Хочет реванша? Собирается вытереть об него ноги в ответ? Или хочет доказать ему, что она вовсе не такая мразь и ей можно доверять? Что за вздор! Не обязана она ничего доказывать! Если после всего пережитого вместе он сам не понимает, то и хрен с ним!

Да еще эта непонятная боль… Как у него получилось? Даже высшие альпы не обладают подобной властью над остальными.

Они могут окутать твой разум голосом, заставить подчиняться ему, но чтобы так шарахнуть тебя по мозгам…

Что он там говорил про трицератопса? И что значит «почувствую тебя на любом расстоянии»? Откуда у него такие способности? Их же не было!

Тут взгляд ее красных очей упал на виляющую хвостатой задницей ангорийку. Та продолжала уборку и мурлыкала под нос незатейливую песенку.

— Кисонька, — позвала альпа, и блондинка повернулась к ней. — Кис-кис, иди-ка сюда! — вампирша похлопала ладонью по крышке ящика, на котором сидела.

— Но я еще не закончила! Вот наведу порядок, и Волк будет мною гордиться, кити-кити!

— Закончишь, не волнуйся. Нам, девочкам, надо посекретничать.

— Секреты? Это интересно! Это я люблю! — Сэша радостно подскочила, едва не поскользнувшись на мокром полу.

— Вот и умница, — мулатка приобняла ангорийку рукой и даже волосами слегка обхватила, на что Сэша только ухом повела и улыбнулась той милейшей улыбочкой, от которой ее личико напоминало кошачью мордочку.

— Скажи-ка, лапонька, — начала вампирша, — ангорийцы ведь чувствуют мир и живых созданий не так, как люди?

— Не так? — удивилась кошечка.

— Ты можешь общаться с животными, — пояснила Кармилла. — Они тебя понимают. И людей ты ведь тоже чувствуешь глубоко, верно? Просто не можешь ими управлять, — тут вампирша осеклась, поняв ошибку.

— Сэша никем не управляет, — сразу же мотнула головой ангорийка, разбросав светлые пряди по груди.