На Корваре она была Леди Яза, и ее богатство приносило ей почет и уважение.

Дзианта быстро спустилась вниз. Несмотря на поздний час, дом, как обычно, не спал, хотя шумов было мало и звучали они приглушенно. Но под крышей, где правила Яза, никогда не было неуверенности и нервозности. Благодаря своей постоянной бдительности, она продолжала держать бразды правления в своих руках с длинными когтями, и в любой момент в случае необходимости она могла пустить в ход все свое могущество, всю свою власть.

Дзианта поцарапала пальцем плексигласовую панель и та бесшумно откатилась назад. Дзианта оказалась на пороге комнаты Язы, наполненной каким-то запахом. Дзианта задержалась на пороге, пока пульверизаторы направляли на нее распыленную ароматизированную жидкость, имеющую тот запах, который Яза предпочитала в настоящее время. Дзианта сбросила плащ и медленно поворачивалась под струями. Для Дзианты этот запах был чересчур силен, но для Язы, уроженки Салярики, это было единственным способом, чтобы близко общаться с особью другой расы, Она была чрезвычайно чувствительна к чужим запахам, как все люди ее расы, и такая предосторожность позволяла им выносить присутствие других людей.

Дзианта вытерпела ароматный душ и сняла головной убор. Ее голова болела, но этого и следовало ожидать после того напряжения и нагрузки, которые испытал ее мозг сегодня вечером. После того, как она освободит свою память, Оган погрузит ее в освежающий сон, если она попросит его.

Свет в комнате был слабым и рассеянным. Яза не нуждалась в ярком освещении. Она свернулась клубочком в подушках, в своей любимой позе. Перед открытым окном висел гамак, в котором лежал во всю длину Оган. Огромное количество слухов ходило о нем. Говорили, что он психо-тех, один из группы, запрещенной законом. Как и у Язы, возраст его невозможно было определить. Но говорили, что он прошел через несколько курсов продления жизни. Но в каком мире он родился, никто не знал.

В отличие от саляриканцев, прислуживающих на вилле, он был маленьким хрупким человечком, казавшимся рядом с ними усеченной тенью. Он. был не только мастером психологии, но и обладал многими боевыми искусствами, что сделало его имя легендой. Теперь он лежал в гамаке, головой к открытому окну, как будто сильный запах беспокоил его. Однако, когда Дзианта вошла в комнату, он повернулся к ней; лицо было непроницаемым, как обычно.

В этот момент девушка поняла, что она не хочет говорить им о комке. Оган может дать ей покой, но она не хочет покоя за то, что они узнают, что ее удивило и напугало. Она сохранит свою тайну, по крайней мере, сейчас. Почему, собственно, Оган все время должен быть полным господином?"

"— Приветствую, — послышался мурлыкающий голос Язы.