А то с тех станется и на рынке палить из автоматов. А раз вы их не прижали до сих пор, значит — нет рычагов. Официальных.

— Ну ты, Коршунов, даёшь, — он покачал головой.

— Так если начальство приехало по твою душу, ты всё равно ничего сделать не сможешь. Прижмут так, что голову поднять некогда будет. А мы на воле ходим, над нами начальников мало.

— И что ты им передать хочешь?

Мы замолчали. Мимо нас прошёл мужик в костюме, который оглядел меня очень внимательно, но заметив недовольный взгляд полковника, торопливо отправился дальше.

— Как что, всё по делу, как есть, — я хмыкнул. — Скажем, что Шах помогает вам Магу закрыть, а ещё скорешился с азербайджанцами, чтобы овощебазу им продать.

— Не с китайцами? — Иванов сощурил взгляд.

— И до китайцев доберутся. Проблемы — по мере поступления, а они сейчас валятся сплошным потоком. А китайцы осторожные, сидят тихо, никуда не денутся.

— Ладно, — он задрал рукав пиджака и посмотрел на часы. — Пошёл я на совещание. Будет тебе контакт. Позвоню.

Ставки и для него растут, но помощь всё же он предложил сам, сразу. Не забуду, такое я ценю.

А что касается прибывших с Кавказа боевиков… это не только опасные люди, умеющие убивать — это шанс использовать их так, чтобы навсегда избавиться от банды Маги Джабраилова в городе. Они сами себе вырыли могилу всей группировке, даже не подозревая этого.

Если отрезать все контакты Маги с волей, и не дать его недругу Шаху подмять под себя остальную банду, а заодно — помешать поднять голову конкурентам… минус одна ОПГ в городе. Заодно проработать с блатными, чтобы Мага не чувствовал себя на зоне королём. Ну и снайпера же они все боятся. Пусть и дальше так будет.

Это из срочного. И про маньяка-зверюгу не забыл, для него тоже будет дело, только сам он этого не поймёт.

Но пока — брат. Мне нужно повидаться с Яриком до того, как к нему приедет Монгол. Вор у нас на крючке, но разговор с братом должен заставить Монгола заглотнуть наживку глубже, чтобы можно было использовать блатного по полной, пока его не сожрут свои…

Из управы ФСБ я поехал прямиком в РОВД Железнодорожного района, по дороге набрав нанятого ранним утром адвоката Шелестова. А у того уже было чем меня порадовать, и он предлагал личную встречу прямо в милиции.

Адвокат преобразился, когда надел деловой костюм и взял кожаный портфель. Теперь это не просто полненький мужичок, а деловой адвокат с высоким ценником.

Я наткнулся на него в коридоре, где он прижал следователя в угол. Этот толстый мужик с большой лысиной и мешками под глазами — хорошо знакомый мне Николай Степаныч Юдин, следователь прокуратуры. На нём вечный турецкий свитер, который он носил круглый год, менялась только рубашка под ним.