На шевроне, пришитом к рукаву каждого солдата, на желто-голубом фоне была изображена свастика, стилизованная под перекрещенные трезубцы.

Солдаты топали по крыльцу администрации. Мужчину, вышедшего навстречу им, боец ударил прикладом в живот. Он согнулся пополам, двое дюжих хлопцев схватили его за шиворот и легким движением засунули в бочку, стоявшую справа от крыльца.

– Вот здесь и сиди, Диоген, – заявил белобрысый Олесь Гунча. – Не дай тебе боже вылезти оттуда без нашего разрешения!

Они ворвались в здание, а Гныш остался во дворе. К нему подбежал плюгавенький мужичок в рваном треухе.

За несколько шагов он сменил физиономию на угодливую. Видит бог, умел бы этот тип ходить строевым шагом, так и подошел бы.

– Это я, Пилипейко, – пробормотал мужичок, трусливо косясь по сторонам. – Слава Украине, пан офицер, все такое. Это я с вами связывался вчера. Касьян Гныш – это же вы?

– Привет, двурушник. Подготовил список людишек?

– Да, все адреса имеются. – Пилипейко энергично закивал. – Куча уродов и предателей. Глава администрации Ворохов, его бухгалтер Данилюк – у него сыночек террористам служит.

Шаховский – та еще мразь, зоотехник, тоже ошивался в войсках у ватников. Курехина – проститутка, выдра страшная, замом у Ворохова работает.

– Проведешь солдат по адресам! – приказал ему Гныш, давая знак напрягшемуся Клычко. – Чтобы через десять минут вся эта достойная публика была в администрации!

Он вразвалку забрался на крыльцо, закурил, покосился на мужика, утрамбованного в бочку. Тот потерял сознание от удара в живот. А может, и преставился уже. Туда ему и дорога, прихвостню террористов.

Гныш протопал внутрь, с ехидной усмешкой изучил доску объявлений, плакаты, призывающие крепить единство народов Донбасса и обороноспособность маленьких, но гордых республик.

Он пинком отворил дверь, вошел в пустую приемную, осмотрелся. Компьютер еще работал, на вешалке висели пуховик и женская сумочка. Окно распахнуто. Удрала секретарша товарища Ворохова, да и шут с ней. Далеко не убежит.

Касьян развалился в кресле, положил на колени штурмовую винтовку, вытянул шею, чтобы разглядеть отражение в зеркале. В последнее время Гныш нравился себе. Не сказать что модельный идеал, но все равно хорош.

Снова нашел себя, обрел призвание, за которое не стыдно перед побратимами."

"В его биографии были разные страницы, как неприглядные, так и весьма достойные. Он родился в поселке Гривово, расположенном в Запорожской области, и с младых ногтей питал почтение к национальному герою Степану Бандере и воинам 14-й гренадерской дивизии СС «Галичина». Буквы «СС» не вызывали у него никакого отторжения. Напротив, от них веяло чем-то возвышенным, окрыляющим.

Касьян нес по жизни свои идеи как знамя.