По-видимому, в этом кабинете тот не чувствовал душевного дискомфорта.

Полковник начал багроветь, но передумал. Видимо, у него имелись куда более важные дела.

– На оздоровление, но не на пьянство, – с усмешкой проговорил Желтухин. – Вы уверены, товарищ полковник, что это именно тот человек, который нам нужен?

– Ладно, помолчи, без тебя решу, – буркнул Кусков, пристально посмотрел на Алексея и осуждающе качнул головой. – Ладно, капитан, присаживайтесь.

Алексей сдержанно поблагодарил, пристроился на край стула. Полковник прохаживался над душой, всунув пальцы, кроме больших, в боковые карманы френча.

– Примите извинения, Кравец, за то, что угодили под арест по необоснованным обвинениям, – неохотно выдавил из себя хозяин кабинета. – Это была глупость, кое-кто перестарался. – Он снова бросил косой взгляд на Желтухина. – Мы знаем, где искать врагов.

Алексей сдержанно кивнул.

«Невероятно! – подумал он. – Начальник управления приносит мне извинения. Наверное, понимает, что и сам может оказаться в подобной ситуации. Приедет воронок, и адью. Прибытие этого транспортного средства нисколько не зависит от заслуг, реальных и мнимых, правительственных наград, щенячьей преданности делу Великой Октябрьской социалистической революции».

– Ты же знаком с Бабулой, капитан? – вдруг спросил полковник.

Алексей вздрогнул, но не от того, что Кусков перешел на «ты».

– В каком смысле, товарищ полковник?

– Нестор Петрович Бабула, – медленно повторил Кусков. – Один из главарей бандитского подполья.

– Да, товарищ полковник. Лютый враг нашей страны. Я ловил его дважды. В сорок четвертом удалось расправиться с его бандой, но сам Бабула ушел. Летом сорок пятого мы накрыли его логово в Хованских лесах. Банду уничтожили, Бабулу я взял лично. Его отправили в Троепольск, в следственный изолятор, оттуда во Львов. Дело передали НКГБ, следствие затянулось. Я наводил справки. В апреле текущего года он еще сидел в изоляторе госбезопасности в Станиславе, с ним работали следователи, собирали информацию по его связям в Западной и Восточной Галиции.

– В мае он сбежал, – сообщил Кусков. – И до сих пор в розыске.

Алексей оторопел. Холодная ящерица поползла по его спине. Он повернул голову, как-то беспомощно глянул на Желтухина. Тот равнодушно пожал плечами.

– Это, разумеется, не ваша беда, – развивал тему Кусков. – Виновные в халатности уже понесли суровое наказание.

– Моя вина в том, что я об этом ничего не знал, – пробормотал Алексей, опуская голову.

– Данная информация не афишировалась, – подал голос Желтухин. – Первое время Бабула грамотно скрывался. Розыск по горячим следам ничего не дал.

– Как он сбежал?

– Перевозили из Станислава во Львов, – сказал Желтухин.