Неужели упустил? Выследить, увидеть, вести от Калининграда – так бестолково упустить! Его разбирала досада на самого себя.

Неожиданно звякнула в железо вагона и с визгом отрикошетила пуля.

Андрей бросился на щебенку. Странно, ведь выстрела не было слышно. И в этот момент не было маскирующих выстрел шумов, вроде гудков паровозов или шума движущегося поезда. Сразу вспомнилось, что соседи по квартире убитого тоже не слышали выстрела. Тогда сыщики объяснили несуразицу толщиной стен: дом был старой, дореволюционной постройки, и строители материалов не жалели. О глушителях он слышал, только со случаями их использования не сталкивался никогда. И, похоже, сейчас именно этот случай.

Андрей вытащил из кармана «ТТ» и передернул затвор. Обернулся, поискал взглядом отметину от пули, чтобы определить, откуда был выстрел. Стреляли спереди и слева.

Андрей повернул голову и заметил шевеление на переходной площадке грузового вагона. Вскочив, он бросил вперед, причем не по прямой, а зигзагом, сбивая прицел.

Реакция последовала сразу – раздались два едва слышимых хлопка. Одна пуля прошла мимо, другая ударила в щебенку рядом, обдав Андрея каменной крошкой. Зато теперь он точно засек стрелявшего.

Упав, он перекатился ближе к колесам вагона. Подняв пистолет, прицелился и сделал два выстрела подряд. Даже успел заметить, как полетели щепки.

Объект не выдержал и спрыгнул с площадки вагона на другую сторону, Андрей же полез под вагонами.

Когда он выбрался из-под вагона, то увидел бегущего человека в сером пиджаке. Тот обернулся, вскинул револьвер с длинным и толстым стволом и дважды выстрелил. Пули ударили где-то рядом.

Стрелявший бросился бежать, пытаясь оторваться и уйти. Ну это уж дудки!

Андрей вскинул пистолет, для устойчивости подпер правую руку левой, прицелился в ногу бегущему и выстрелил. Лишь бы не ушел!

И ведь попал, хотя верных полсотни метров было, для короткоствольного оружия – предел.

Мужчина упал.

Андрей двинулся к нему, держа раненого на прицеле, памятуя о том, что раненый зверь всегда опасен.

Объект перевернулся на бок, приставил к груди револьвер и нажал на спуск. Раздался негромкий хлопок, оружие выпало у него из руки, голова откинулась.

Андрей даже предпринять ничего не успел, да и что можно успеть сделать в такой ситуации?

Он подошел.

Мужчина был мертв. Рядом с рукой валялся револьвер, на его ствол была надета толстая трубка – глушитель. Причем изобретение старое, еще братьев Митиных, выпускавшееся до войны малыми сериями под названием «Брамит». В основном для органов НКВД. Андрей видел такой на картинках, но воочию – впервые.

Что ж, надо вызывать опергруппу.

Сзади захрустел гравий, и из-за вагона выбежал запыхавшийся вохровец с карабином в руках:

– Стой!

– Я и так стою.