Нахлестывая лошадей, одни уходили влево и вниз, другие вправо. В седлах их оставалось еще не меньше дюжины, но они не выдержали и побежали.

Происходи все это на ровной местности, будь склон не так крут или хотя бы не будь у валийцев уставших лошадей, и все обернулось бы иначе. Но все это, а еще множественные разрывы гранат в значительной степени ослабили атакующий порыв. А как результат поле боя осталось за Сергеем и его друзьями.

— Уходим.

Вопросов не последовало. Да и к чему? Преследовавший их противник понес значительные потери, и пусть большинство валийцев только ранены — а иначе и быть не может, — преследовать беглецов они не решатся.

Возможно, оставайся в строю хотя бы один из сержантов, стычка могла бы иметь продолжение. Однако Сергей видел, что если кто и остался из командиров, то лишь капралы. Разумеется, может найтись и среди рядовых тот, кто сумеет подобрать бразды правления и возглавить погоню, но Варакин сильно в этом сомневался. Такова суть наемников, они служат за деньги. Ну и зачем подобным людям излишняя инициативность? Разумеется, за их поимку валийцы могли рассчитывать на денежное вознаграждение, но дичь показала себя слишком зубастой. Тут нужно нечто большее, чем премиальные, предусмотренные в армии.

Другое дело, если бы им могли что-то предъявить и подвести под суд. Но в данной ситуации на этот счет волноваться не стоило. Командование выведено из строя, у оставшихся в седле полным-полна коробочка забот о павших и раненых. Так что остается только зализывать раны и возвращаться в форт.

Лошади оказались там, где их и оставили друзья, примерно в сотне шагов от позиции. Заводная вела себя довольно нервно, все время переступая ногами и прядая ушами. Как видно, она оставалась на месте лишь стараниями Грома и Бурана, присматривающих за живым транспортом.

Матерые псы встречали своих друзей, внимательно следя за их приближением, в готовности в любое мгновение сорваться с места. Но на этот раз их помощь не потребовалась. Воспользовавшись тем, что собаки отвлеклись, заводная попыталась убежать.

Но чуткие пастухи быстро вернули ее обратно, преграждая путь и угрожающе рыча. Она, может, и смогла бы убежать, но брошенные под ноги поводья мешали лишь чуть меньше, чем путы на ногах.

— Правильно, Гром, нечего отбиваться от коллектива.

Хват перебросил поводья своей лошади, взлетел в седло и подъехал к растерявшейся заводной. Вот ее повод уже в его руке, взгляд на командира. Кивок. И троица понеслась прочь от места боя, забирая к Изере.