— И часто ты, Кевин, думаешь о том, чтобы кого-то родить? — спросил Эллиот. — Это поди что-то по Фрейду, да?

— Мы говорим пассивной агрессии: уходи, — упрямо продолжила Джулия.

— Да здравствует активная агрессия, — согласилась Тэсса негромко.

— Это же метафора, — объяснила Фанни Эллиоту. — На радость созидания как величайшую награду для каждого из нас. Например, мои пьесы — они же как дети. Аллегорически.

— Твои пьесы, — проворчала Мэри Лу себе под нос, — они же как маленькие уродцы, которых хочется выбросить в море.

— Холли уверен, что не каждому дано понять искусство, — живо возразила Фанни. — Некоторые рождаются невосприимчивыми к прекрасному.

— Давайте вернемся к корректной форме конфликтов на примере Кевина и Камилы, — повысила голос Джулия.

— Да нет у нас никакого конфликта, — ужаснувшись, закричал он и начал немного просвечивать.

— Это потому, что ты прогнулся вместо того, чтобы отстаивать свои границы, — объяснила Джулия.

— Да что с тобой не так? — рассердилась Фанни. — Зачем ты раздуваешь эту искру? Кенни — хороший парень, который не конфликтует с соседями.

— Хочешь об этом поговорить? Ты чувствуешь, что он лучше, добрее тебя? — тут же спросила ее Джулия.

В зале послышались смешки. Если Кенни и Фанни поставить на весы доброты, то они застынут в состоянии идеального равновесия.

— Не бывает корректной формы конфликта, — заметила Тэсса, — иначе это и не конфликт вовсе. Полагаю, что ты никогда не доказывала свою правоту в честной и приятной драке? Ну знаешь, выбитые зубы, разбитый нос, кровь на руках? Вот что такое конфликт, остальное — жалкие компромиссы.

— Что ты вообще здесь делаешь? — запоздало возмутилась Джулия, которая терпеть не могла, когда их мэр и шериф заглядывала на ее кружок.

— Пришла сказать, что завтра у нас похороны, — ответила Тэсса.

В кофейне воцарилась взволнованная тишина. Нью-ньюлинцы переводили взгляд с одного лица на другое, убеждаясь, что они-то уж точно живы.

— Так я и знала, — тоненько всхлипнула Мэри Лу, — что однажды этим все закончится. Он хоть не очень мучился напоследок?

— Раз — и все, — заверила ее Тэсса.

— Такой талантливый, — вздохнул Кенни и почти исчез из видимости, — миру будет не хватать его.

— Правда? — удивилась Тэсса.

— И красивый, — подхватила Фанни. — В жизни не видела никого более красивого. Эти капризные губы, светлые волосы, тонкие руки…

— Стоп, — приказала Тэсса. — А кого хороним-то, милые мои?

— Ну так как же, — растерялась Мэри Лу, — ты сама сказала, что Фрэнк пришиб Холли. Господи, какая потеря!

— Вы с ума сошли, — обиделась Тэсса. — За кого вы Фрэнка вообще принимаете? Да он даже мухи не обидит.

— Это правда, — спохватился Кенни.