А потом заговорила осторожно:

– Андрей, Натали мне рассказала, что вчера после ужина между вами и Евгением Ивановичем произошла ссора… – Он не спешил мне возражать, а я безуспешно пыталась поймать его взгляд. – Ведь ей это лишь показалось? Верно? Скажите мне, что вы по-прежнему являетесь друзьями с Ильицким.

Андрей молчал, упорно глядя себе под ноги, а мне становилось все тревожнее от этого молчания.

– Лиди, Евгений при мне оскорбил даму. Не просто даму – вас. Возможно, другие его слов не слышали, но я слышал прекрасно. Вы полагаете, это можно оставить так?

Значит, Натали не ошиблась.

Моя душа холодела от понимания, что совсем рядом происходит что-то ужасное и непоправимое, чему я являюсь причиной.

– Да, он оскорбил меня, но я его простила, – отозвалась я как можно равнодушнее. И чуть сжала при этом плечо Андрея, на которое опиралась. – Вы ведь сами мне говорили, что в глубине души он неплохой человек и что его нужно принять таким, каков он есть. Так вот, я принимаю. И даже обещаю, что попытаюсь подружиться с ним.

– Подружиться? – Андрей обидно усмехнулся.

– Ну, по крайней мере, попытаюсь не спорить более с ним по малейшему поводу.

А вы мне пообещайте, что забудете вчерашний вечер и останетесь друзьями с Ильицким впредь. Обещаете?

– Обещаю, что постараюсь, – тоже не сразу отозвался Андрей И наконец-то позволил мне посмотреть в его глаза.

Даже я почувствовала, что у него как будто груз с плеч упал, что только убедило меня в нужности и своевременности этого разговора.

Андрей, однако, еще добрую половину пути говорил о своем друге: истории те были довольно занятными и даже заставили меня немного по-другому взглянуть на Ильицкого.

Хотя я бы с большим удовольствием поговорила о чем-то более приятном.

Впереди уже показались ворота усадьбы – еще несколько шагов, и волшебство нашего уединения с Андреем исчезнет. И мне вспомнилось отчего-то, как вчера мы с ним стояли, прячась от дождя под навесом. И как глупо я испугалась и убежала. А еще у меня мелькнула мысль, что если сегодня Андрей попытается меня обнять или даже поцеловать – я не испугаюсь. Сама поражаясь бесстыдным своим мыслям, я подняла на него взгляд.

Вероятно, и Андрей почувствовал что-то в этот момент, потому что замедлил шаг.

Помедлив, взял в ладонь мои озябшие пальцы.

– Лиди, я давно хотел вам… тебе сказать…

А я вдруг подумала, какие же холодные у Андрея руки. Должно быть, он невероятно замерз, пока возился со мною. Да к тому же он сегодня без плаща, а только в легком сюртуке…

Плащ. Ведь в той избушке на кресло был накинут мужской плащ, именно такого фасона, как носит Андрей."

"– Андрей, вы, наверное, ужасно замерзли. Где ваша верхняя одежда? – спросила я немедленно, перебив его на полуслове.