Я не верю, что он может тебе такое сказать.

«Может, Маш, еще как может. Мало того, уже сказал». Но рассказать ни одной из подруг правду о ночи с Доминым она никак не могла, просто язык не поворачивался, им она преподнесла усеченную версию событий. Там Домин после перестрелки отвез ее домой и по дороге она поняла, что он это сам спланировал. Все. В их нормальном мире такое было просто за гранью, а вот в Динкином новом мире смотрелось вроде и ничего так… И это пугало больше всего.

— И вот еще что, подруга, ты уверена, что твой Горец пришел бы в восторг, покажи ты ему высший пилотаж? — очень здраво заметила Машка.

— Мне кажется, у него возникло бы к тебе много вопросов.

В принципе, Маша была права, речь доминские бойцы вели больше о жрицах любви, но на Динку эти доводы действовали слабо. Лучший выход она видела в прекращении всяческих отношений с избалованным и требовательным Горцем, но от одной мысли об этом появлялась щемящая боль в области солнечого сплетения."

"Вечером позвонила Наташка, и лишь услышав нестройное блеяние Динки, тут же явилась с коробкой воздушных безе. Динка достала «Мартини», грейпфрутовый сок и начала делиться бедой.

Наташка сначала поохала да поахала, а затем с присущей ей врожденной способностью скурпулезно подходить к любой проблеме принялась предлагать варианты решений.

— Что тебе сказать, — задумалась подружка, — тебе придется постараться, чтобы его удивить.

— Удивить, — уныло протянула Динка и отпила из бокала, — тут хотя бы не опозориться.

— А он пьющий? Может, тебе его накачать? — предложила Наталья.

Динка махнула рукой и страдальчески скривилась.

— Откуда ж я знаю. Вот если самой напиться, то легко.

Наташка категорически отвергла предложенный вариант.

— Бедный тогда этот твой Домин, большая радость с пьянью связываться. Ты хоть бы о парне подумала.

Уровень «Мартини» в бутылке стремительно снижался, при этом неуклонно повышая уровень эндорфинов в кровеносной системе Динки, ей даже казалось, она их чувствует, словно пузырьки игристого, поэтому думать о Домине решительно отказывалась.

— Наташ, — она глубокомысленно смотрела на подружку, — может есть какие-то курсы? Может можно туда записаться?

— Есть, конечно, — кивала та, — на объездной.

И не курсы, а одна сплошная практика. Но не думаю, что твой Домин обрадуется такому обучению.

— И что же мне делать? — Динка раздумывала, разбавлять «Мартини» или уже ну его. Наташа смотрела на нее изучающе и придирчиво.

— Слушай, может тебе ему стриптиз станцевать? Мужчины любят стриптиз, сами не свои становятся.

— Так я же не умею стриптиз.

— Подумаешь. Не боги горшки обжигают, научишься. Тут главное извиваться красиво и смотреть призывно. Знаешь что, а-ну ка становись, попробуй.