Но все равно не мог поверить, что Михалев клюнет на приманку, которую закинули они с Тимуром — вот уже с месяц старательно демонстрировали неприязнь друг к другу, ругались у всех на виду и делили несуществующий строительный подряд. А он клюнул. Поверил, что между бывшими бригадными «генералами» пробежала черная кошка и решил воспользоваться возникшим противостоянием.

— Хорошо. Тогда работаем по плану, — Макс отставил чашку, поднялся и уже нацелился на выход, но Тимур его остановил:

— Макс, — и, пристально глядя в глаза, негромко произнес, — Марго тоже надо валить.

— Нет, — Максим упрямо покачал головой. Этот разговор они тоже вели весь последний месяц, — нет, Тимур, об этом и речи быть не может.

— Может, — тот продожал в упор смотреть на Домина, — это она тебя заказала, не Михаль. Михаль лишь исполнитель. Как всегда. Как и с Ланой.

Максим вскинул на него испытывающий взгляд.

— Откуда ты знаешь? О Лане?

— Михалев сам проболтался, когда мы с ним детали обсуждали. Она не оставит тебя в покое.

— Оставит. Когда вокруг нее никого не останется, оставит.

— Макс, не тупи, ты знаешь, что я прав. И это всего лишь мера предосторожности.

— Она моя жена, Тимур. Я обещал Чайковскому, что помогу ей.

И еще он не договаривал Тимуру. Он хорошо запомнил тот день и лицо Маргариты, когда хоронили Бетховена. Испуганной, одинокой девчонки, потерявшей отца и оставшейся на всем белом свете никому не нужной, даже собственному мужу. Как он когда-то сам. Что-то надломилось в нем тогда, он собирался с ней развестись, но бросать ее на растерзание желающих поживиться за чужой счет не стал бы. Теперь же предстояло определиться, как поступить с женой, пожелавшей убить мужа.

— Все, Тимур, я сам разберусь с Ритой. А ты лучше за своей женой смотри, ты когда вообще квартиру на прослушку проверял?

— Да вот на днях ледневские были, все чисто.

— Дина сама у тебя по городу ходит, ей в сумку легко можно «жучок» подбросить. Ты задницей думаешь, Багров?

Тиумр посерьезнел.

— Ты прав, надо еще раз проверить. А тебе лучше убраться из города на время операции, а то мне не поверят, что я под шумок не нашел удобного случая.

— Хорошо, я уеду на переговоры на какой-нибудь завод.

— Нет, это не то. Поезжай лучше на моря, куда-нибудь подальше, на Канары, например. С любовницей.

— Где я тебе любовницу возьму? — Максим снова собрался идти и снова остановился. — Тем более, улетать по-настоящему не собираюсь.

— Ленку Ледневу можно попросить, пусть с тобой по городу покатается, в аэропорт вместе поедете, регистрацию пройдете, а там вас черным ходом выведут. Главное, Михаль и Марго будут знать, что ты улетел, и у меня будут развязаны руки.