С трудом шевеля губами я отвечаю ему и ужасаюсь своему ответу. Но поздно спохватываюсь. Артур ведь получил мое согласие, и обхватив меня за талию привлекает к себе, когда я делаю шаг назад. Его объятия сильные. Я чувствую, что дрожу, как в лихорадке, потому что наши губы встречаются, и все мысли в моей голове окончательно перемешиваются.  Когда прихожу в себя, то понимаю, что стою, положив руки на грудь Артура.  — Я… - опускаю глаза, заметив, что сжимаю ворот его рубашки в кулаках. - Я смяла вашу сорочку.

— Вашу? - порочно улыбается он. - Да к черту мою рубашку! - и прижимает меня к себе.  Артур наклоняется и снова впивается в мои губы. Я разжимаю рот и впускаю его язык, отвечая ему с той же страстью. К тому моменту, когда он отрывается от меня, мы сидим на песке, а я уже не могу думать ни о чем, кроме его губ и рук, сжимающих мое тело. И жажду продолжения. И в чувство не приводят никакие мысли о последствиях и что повлечет за собой эта вспышка страсти. Я впервые хочу мужчину. И с такой силой, что мозги больше не соображают. И кажется не я одна? Почему-то эта мысль заводит меня только сильнее.  Артур стягивает с себя пиджак и бросает его на песок. Я оказываюсь на нем, а он произносит сдавленным голосом:  - Я же сейчас подпорчу твой внешний вид. По прежнему хочешь? - он тяжело дышит, я ему в унисон и тяну к нему руки.  О чем он таком говорит? Неужели он еще может остановиться? Такая мысль просто не укладывается в голове. Поднимаю руку и мягко провожу по его напряженным плечам, тянусь к пуговичкам на его рубашке. Мне важно прикоснуться к нему. Чтобы кожа к коже. Не знаю откуда взялась эта решимость, но я понимаю, что хочу переступить эту грань, узнать что за ней. Прямо сейчас, пока не растеряла остатки решимости, пока это взгляд держит меня в кольце распутного огня.  Все остальное будто растворяется, я не помню кто кого раздел. Мы делаем это одновременно. Его глубокие и жадные поцелуи на корню давят даже малейшие вспышки моих сомнений. Кажется, он сам на грани и мы оба не осознаем, что происходит. Спина касается мягкий ткани его пиджака, он нависает надо мной, не переставая глубоко целовать, ласкать языком и руками. Я вдруг дергаюсь в его руках от мысли, что нас может кто-то заметить, но все отступает на второй план, когда он накрывает меня своим телом. Одно движение вперед и наши тела становятся единым целым. До боли прикусываю его губу, даже сквозь темноту окатывающую нас вижу как зло поблескивают его глаза.  - Ты невинна? - Коротко киваю и с его рта вырывается ругательство. - Предупреждать же нужно, Маша, - и снова обжигает мои губы поцелуем.  Всхлипываю и обнимаю его крепко за шею. Мир ускользает, я не могу схватиться за него и лечу в глубокую пропасть.