- Чувство юмора и самоирония присущи лишь людям, обладающим острым умом.

- Благодарю, Артур.

Вечер пролетает незаметно, нам приносят чай. Скоро ехать на коктейли к ненастоящим свекрам. Ох, как же не хочется!

- А теперь укради десерт из моей чашки, Маша, - отдает вдруг команду босс, вырывая меня из размышлений. И наблюдает.

Я бы в жизни не осмелилась... Клянусь... Боже... осторожно тянусь ложечкой к его тарелке, отламываю кусочек чизкейка и отправляю себе в рот.

- Вкусно? Попробуй с ягодами, - он отрезает кусочек побольше и фамильярно угощает меня.

Я открываю рот, обхватываю губами его ложку. А потом улыбаюсь и вновь краснею.

- Десерты здесь тоже великолепные, - щедро хвалю я.

- Маша, кажется, я превысил свою меру алкоголя, хочу немного пройтись по пляжу и тем самым проветриться. Ты ведь составишь мне компанию?

Он приближается ко мне. Я... смотрю в его глаза и чувствую, как приятное тепло разливается по телу. Дело в чизкейке, в прекрасной песне шеф-повара. Наверное. В том, что мне совсем не хочется ехать на виллу, где, вероятно, будет Даша...

- Конечно, с удовольствием, Артур, - безропотно соглашаюсь я.

Он делает знак, я тянусь и легонько касаюсь его губ своими. Осторожно, но при этом достаточно чувственно, чтобы смутиться.

Через двадцать минут мы покидаем этот чудесный ресторан, где мне посвятили целую песню и кормили десертом с ложечки. Наверное, я никогда не забуду этот вечер.

Артур обнимает меня за талию и ведет в сторону темного переулка. Мы спускаемся по витиеватой лестнице. Кажется, он неплохо здесь ориентируется и точно знает, куда идти. Не проходит и пяти минут, как мы видим море. Пустынный пляж, ни души вокруг. Тихо. Солнце давно село, фонарей нет. Лишь блики яркой луны красиво переливаются на черной воде.

Артур притягивает меня ближе. А я робко обнимаю его в ответ.

Папарацци ведь. Повсюду.

10

Маша

Я стою и молча разглядываю Манапова широко открытыми глазами. Вновь захотелось их опустить. По привычке, но слишком уж завораживающее зрелище сейчас передо мной. И я сейчас не о море. Я в который раз поражаюсь совершенством его фигуры и его сокрушительным мужским обаянием. Артур стоит чуть впереди, вложив руки в карманы брюк, и смотрит вдаль. Когда замечает мой взгляд, улыбается мне довольно порочной улыбкой."

"- Если не перестанешь так на меня смотреть, я вынужден буду тебя поцеловать.  Сейчас его голос глубокий и низкий, а его звук отдается в каждой клеточке моего тела. Возможно такой отпечаток накладывает романтическая атмосфера этого вечера, но у меня мгновенно пересыхает во рту. Я не могу придумать хоть какую-нибудь фразу, чтобы разрядить обстановку. Никакие слова не приходят в голову. Я все время представляю как он целует меня. Что за наваждение?  - Хочешь? - спрашивает он уже вполне нормальным тоном.