Мучаясь от безделья и неизвестности, Лия прилегла на неразобранный диван и практически сразу же провалилась в спасительный сон. А проснулась ближе к утру, когда Чалый вернулся, принеся за собой запах утренней свежести и стаканчики с кофе.

- Ты почему так поздно? - шепнула она, поглядывая на часы, которые показывали пять утра.

- Нужно было разгрестись с работой... Если нам придется уехать в Германию, то... В общем, лучше все подготовить заранее.

Лия задумчиво кивнула. Порой она завидовала умению Чалого все просчитывать наперед. В то время как сама она разваливалась на части, он... Он был бодр и полон сил. А может, так только казалось. Однако, как бы то ни было, Александру удавалось держать ситуацию под контролем. Его деловая хватка нисколько не ослабла, он работал в своем привычном режиме, не позволяя проблемам сбавить свой темп, и вместе с тем Чалый практически неотлучно находился рядом с ними. Как ему это удавалось? Загадка, которую Лия и не пыталась постичь. Она вообще старалась поменьше о нем думать. Ее порядком пугало, что только рядом с ним натянутые до предела струны ее души хоть немного ослабевали.

- Будешь кофе?

- Давай...

- Как он?

- Спит. Температурит. Ничего нового.

Чалый кивнул головой и осмотрелся:

- Я в душ... А ты ложись, поспи еще...

- После кофе? - удивилась Лия.

- Почему бы и нет? Здесь все равно нечем заняться.

Глядя, как за бывшим мужем закрылась дверь в крохотную ванную, Лия поплелась к дивану, разложила тот, постелила простыню. Он отлучился всего на несколько минут, и все ее страхи вернулись. А может, они и не уходили никуда, и теперь становились все ярче, разливаясь холодом за грудиной. Тело охватила нервная дрожь. Мелкая и противная.

Из ванной Чалый вышел в одних трусах. Капельки влаги блестели в жестких волосках, покрывающих его тело. Он всегда вытирался кое-как - отстраненно подумала Лия.

- Ложись. Тебе тоже нужно поспать, - шепнула она.

Александр послушно опустился на диван и растер лицо. Отвел руки, поймал ее взгляд... Лия сглотнула. Чалый устал. Очень сильно устал. Почти умер. Изнеможение плескалось в глубине его глаз, наливало веки свинцом, углубляло морщины... Но все равно он не выглядел изнуренным или готовым сдаться. Упрямым, суровым, жестким... Каким угодно, но только не побежденным. И все это вкупе заставляло ее чувствовать яркую болезненную вину за собственную слабость.

- Поспи... - зачем-то повторила она, отводя взгляд, - я... все равно уже не усну.

Чалый все же задремал и проспал без малого два часа. А разбудил его неожиданно ранний приход Сашкиного лечащего врача. Сердце Лии бабахнуло о грудину и подпрыгнуло куда-то к горлу...

- Что-то случилось? - спросил Чалый, свешивая ноги с постели.