И из-за Надзора, и по причине того, что неопытный нуллус берется без опыта за смертельно опасное ремесло… Выглядел я ребенком, не отдающим себе отчет, во что он влезает. Выхода только другого не было. Из дома просто сбежать? А Бирюзе я как помогу тогда? Да и скандал просто отложился бы на время. Паладинистость моя тускнела с каждой минутой.

Отец от моего рассказа побледнел и, в конце концов, не выдержал. Громко очень не выдержал:

— Да ты хоть понимаешь, что наказание от Надзора это меньшая из всех твоих проблем?! Смород, ты безумен!! Люди опытнее и намного сильнее — погибали и в более простых ситуациях!!! Ты…

Это и многое последующее было обидно.

И понятно. Самое грустное, что и правду рассказать я не мог, как и показать наглядное свидетельство своих сил — Переплута. Тогда бы можно было на дом ждать с доставкой не только Надзор, но и воскрешенную для такого случая Инквизицию. Но аргументы у меня еще оставались — такие, что я откладывал их до последнего момента…

— Когда умерла мама и ослепла Би, к нам же приходили и люди из Надзора? Что они тебе сказали?

— Что!!! Ты точно спятил! Предки, помогите нам… Причем здесь это?! Ничего они не нашли по своей части!

— Они не почувствовали.

А я — теперь могу! Бирюза ослепла из-за духа! И я не убежал из дома, с этой писарской работой, только потому, что могу вылечить сестру! До начала учебы — смогу! Поверь, отец, я не так уж слаб! Просто это очень узкое направление дара! Дай нам всем шанс!

Ссутулившийся в своем кресле, Иней Калинов выглядел так, будто он сам прямо в этот момент увидел мару! Блин, только бы у отца сердце не схватило! Лечить-то я не умею!

— Ну, скорей всего, на Грани — мы его удержали бы, при необходимости — до прихода лекаря… - заметил мне Подушка и довольно резво спрятался поглубже в сознании — от моего ответного рыка.

— Да что ты мог там разглядеть! Какое же безумие… — еле слышно прошептал отец с обреченностью в голосе.

Я не хотел этого узнавать. По какой бы причине я не попал к Калиновым — я жив, здоров, получил образование, обо мне заботились. У меня есть сестра и брат. Я Смород Калина. Точка. Но я чувствовал, что должен довести до конца этот разговор. До принятия моего решения отцом. И для Би.

— Я был закладным ребенком? — тихо спросил я.

— Что? Как?.

. Кто тебе сказал? — вскинулся отец.

По нему было ясно видно, что мой вопрос окончательно выбил его из колеи. Были б варианты, я бы лучше из дома убежал, честно!

— Это — тоже сноходство, астрал. Там нельзя увидеть что-то — с абсолютной ясностью. Но общий смысл я уловил, отец.

Иней запрокинул голову назад, уставившись в потолок, и надолго замолчал. А потом… Да, на моей названной матери было проклятье. Отец не вдавался в подробности, только упомянул, что это было что-то родовое, тянувшееся в семье матери — поколениями.