Представительной делегацией из моей охраны и четырёх писцов, которые присоединились к нам, стоило только выйти из комнаты, мы вышли из дворца, где нас ждали две лёгкие колесницы, которые по виду должны были развалиться сразу, как только наедут на первый же камень или ямку. На одной из таких вчера местный царь и навернулся.

Подойдя к одной, самой украшенной, я покачал головой, увидев, что эти живодёры мучают животных, используя вместо хомутов натуральные ошейники из широкой ткани, которые явно душили коней. Причём это было тем сильнее, чем быстрее они бежали.

— «Наверно и подковы ещё не изобретены, — подумал я, подойдя к коню и пригнувшись аккуратно взял её за ногу».

Тот всхрапнул, испуганно косясь на меня лиловым глазом, но конюх быстро его успокоил, да и я похлопал его по боку, показывая, что не покушаюсь на безопасность животного. На копытах действительно ничего не было, они явно очень быстро стирались о камни мостовой города, сокращая рабочее время каждой из этой пони.

— Бог Монту, — осторожно спросил Меримаат, — а можно вас спросить? Что вы делаете?

Я повернулся к нему.

— Думаю, какой идиот так лошадей использует. Они же задыхаются при беге, да и ноги наверняка разбивают в кровь.

Все посмотрели на конюха, который испуганный тем, что привлёк всеобщее внимание, быстро закивал головой.

— А как надо? — в голосе парня послышался восторг и желание узнать тайну.

— Рано вам такое знать, — отбрил я его, — ладно, поехали на чём есть, закрою глаза и буду думать о чём-то приятном, чтобы не видеть, как вы хотите меня покалечить.

Я забрался на колесницу, пол которой был не дощатый, а сделанный из множества переплетённых крест-накрест кожаных полос. Стоять было неудобно, но видимо это было сделано для облегчения веса.

Меримаат встал слева на место возницы и взяв поводья, тронул колесницу с места, я сразу прочувствовал, что такое безрессорное устройство, суставами коленей ощущая каждую неровность дороги.

Пока мы неспешно ехали, я смог лучше рассмотреть город. Вчера я не особо обращал внимание на него, зато сегодня я понял, что Мемфис был огромен, я не видел конца и края его улицам, а также кварталам жилых домов.

— Какое население в городе? — поинтересовался у парня.

— Я не знаю, бог Монту, — смутился он, — но в Фивах проживает сто тысяч по последней переписи, здесь точно меньше.

— «Даже если вполовину меньше, всё равно для такой эпохи это очень много, — удивился я, поскольку помнил, что в средневековье город с десятью тысячами населения считался просто громадным».

Людей также, как и вчера встречалось очень много.