Портрет с выколотыми глазами все так же висел на стене. Выдернув кинжал, Родерик снял картину и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

— Что это? — нахмурился Моррен, встретив его внизу.

В холле испуганно жались друг к дружке студентки, парни жадно заглядывали через окна. Над Хлоей, целомудренно прикрытой простынкой, уже хлопотали целители. Джемма тоже была тут — водила ладонями по разодранному животу второй девушки, и раны затягивались почти без следа. Максимум — останутся тонкие белые полоски, видимые при загаре.

— Мой портрет, не видишь? — ответил Родерик, когда Моррен потянул картину к себе.

— Я про обратную сторону, — пояснил Изергаст, разглядывая изнанку портрета. — Тут гексаграмма с проклятием. Но выполнена скверно: контур не замкнут, символ страданий нарисован в обратную сторону... Кто это так неумело тебя ненавидит?

— Моя невеста, — ответил Родерик.

Отчаянно хотелось курить, но он дал себе зарок, что затянется лишь когда сможет сам себе прикурить. Так, глядишь, и вовсе бросит. Миранды в комнате не оказалось. Как всегда. Надо бы выяснить, где она ночует.

— Для первокурсницы очень неплохо, — похвалил Моррен.

— Задатки у нее есть, — согласился Родерик.

— Если бы не это, — он продел палец в дыру от кинжала, — могло бы и сработать на легкое невезение.

— Она воткнула нож с другой стороны.

Моррен сокрушенно покачал головой.

— Излишние эмоции всегда мешают.

— Расскажи ей это на следующем занятии.

— Непременно, — пообещал некромант.

— Пойду в академию, — зачем-то сказал Родерик, забирая у него портрет. — С этим прорывом теперь куча бумажной возни.

Моррен молча кивнул, не сводя с него зеленых глаз.

Он догадывается. Все что-то подозревают.

— Я бы хотел, чтобы с нами пошел ты, — сказал ему в спину Моррен, будто прочитав его мысли. — Эвер не тянет.

— Я бы тоже этого хотел, — пробормотал Родерик.

Глава 12. Воды...

— Рассказывай! — Эммет Лефой подсел ко мне в столовой, окинул меня быстрым взглядом, а после, склонившись, вдруг поцеловал в щеку. Я рефлекторно шарахнулась от него и едва не свалилась со стула.

— Что ты...

— Царапины больше нет, — ухмыльнулся он, пересаживаясь напротив. — Тебе ни к чему шрамы. Рад, что ты все же осталась, Арья.

— Я передумала, — заявила я. — Мы не сможем быть друзьями, так что зови меня полным именем. Арнелла Алетт.

Я осторожно провела пальцами по щеке — гладкая, никаких следов."

"— Возможно, совсем скоро мы станем куда ближе, чем просто друзья, — многозначительно добавил он, глядя на меня своими сине-бирюзовыми глазами. — Это произойдет скорее, чем я мог бы надеяться.

— Не произойдет, — отрезала я.

— О, твоя мама прет напролом, и эту стихию не остановить. Она словно лавина, сошедшая с гор.