— Что боец? Возьмете след со своим псом?

— Постараемся. Покажите вещи.

Из сумки явились платье, плащ, какая-то шаль…

— И туфли домашние, — сказал молодой КГБ-шник.

— Вот! Вот это главное. Откройте киоск.

— Открыто, — поспешно ответил молодой.

— Вперед, — скомандовал я Грому. И мы вошли внутрь.

Гром аккуратно осмотрелся, обнюхался. Махнул хвостом.

— Где эти тапочки домашние? — спросил я.

— Вот, — столь же быстро сказал младший чекист. — Ну, тапочками это не назвать…

В самом деле, это были довольно элегантные сиреневые туфельки с помпонами, даже на каблуке. Вернее на платформе.

— Нюхай! — приказал я. — И несколько раз повторил с поощрительной интонацией: — Хорошо! Хорошо! Нюхай!..

Впрочем, мог бы и не повторять. Все же Гром на редкость сообразительный пес. Он интенсивно внюхался и поднял на меня взгляд.

— След! — сказал я.

Пригнув голову, Гром выбежал из помещения.

— Никак, взял? — обрадовался милицейский майор.

— Похоже на то, — процедил я.

Пес, туго натянув поводок, понесся по перрону влево, я за ним, за мной вся кавалькада из начальников и их подшефных. Гром уверенно довел нас до перехода через пути, а там не то, что растерялся, но замешкался. Оно и понятно: сильнейший запах железной дороги напрочь убивал все остальные.

Ну, здесь я помог, просто дернул поводок, мы перебежали через пути, и я вновь сунул Грому под нос туфельку:

— Нюхай!

Он послушно внюхался, пригнул голову к земле, поводил носом… Встрепенулся и пустился дальше, вновь натянув поводок.

— Ведет! — услыхал я радостный возглас сзади."

"Гром впал в бодрый азарт. Мы промчались мимо «Культтоваров», понеслись дальше. Навстречу прогромыхал запоздалый ЗИЛ-130. Что подумал водила, внезапно увидав в ночной полутьме на пустой улице бегущего во весь мах здоровенного пса, и за ним толпу людей в разнообразной форме и в штатском⁈.. Не знаю, хотя интересно.

Впрочем интересно мне стало задним числом. Сейчас было не до того. Гром четко держал след. На перекрестке вновь малость запнулся, но через секунду уверенно потянул вправо.

Теперь мы бежали по частному сектору, где было почти совсем темно. Очень редкие фонари едва рассеивали мглу. Гром по-прежнему безошибочно выдерживал направление, но тут начальник КГБ вдруг произнес, задыхаясь на бегу:

— А мне сдается… я знаю, куда он нас ведет!..

— К Митьке… Сорокину?.. — пропыхтел догадливый милицейский майор.

— Точно!..

Я в это вникать не стал. Ясно, что речь о каких-то местных криминальных реалиях. Но нас-то с Громом это не колышет. Найти и взять. Точка. А Митька там, не Митька — вопрос второй категории.

Гром резко взял влево, через проезжую часть, на нечетную сторону улицы.

— Стой, боец! — скомандовал майор-чекист.