Хотя нет, сидя тоже ничего умного в голову не шло.

– Зачем такие сложности? – наконец спросила я.

– Чтобы он накинулся на тебя при всех, – объяснил Акель. – Он медведь, Аурика, и в минуты страсти плохо себя контролирует. В лучшем случае ты отделалась бы шрамами. В худшем… Он лишил бы тебя невинности прямо там, на глазах у кучи свидетелей. В зверской форме.

Спать расхотелось окончательно.

– А можно снова окно открыть? – севшим голосом попросила я. – Что-то душно стало.

Акель тоже сел."

"– Слушай, все будет хорошо. И в ситуации мы непременно разберемся. Веришь мне?

– Да, – без всяких сомнений ответила я. – Но это не мешает мне бояться.

Тардилар взял меня за руку, чуть сжал холодные пальцы.

– Правильный подход, – заметил он. – Но только не переусердствуй. Мы проведем следственный эксперимент, максимально оставляя тебя в стороне. Как только поймем, кто является объектом, сразу возьмемся за Ингрид. Кто-то помог ей поступить задним числом в закрытый колледж…

Я устало прикрыла глаза, потерла свободной рукой лоб.

– Это все слишком сложно для простой учительницы.

Миг, и меня прижали к могучей груди. Акель отпустил мою руку и теперь обнимал плечи, гладил спину. По-дружески, конечно…

– Простую учительницу уже втянул во все это кто-то другой, – шепнул он мне в макушку. – Кто-то, обладающий властью и желающий наказать своенравную девочку. А потом пожалеть. Когда злой плохой медведь ею попользуется, свихнувшись на глазах у сотен студентов.

Я распахнула глаза, но не спешила отстраняться от Акеля. Меня медленно накрывало осознанием, и липкий холодный страх проникал под кожу, заставляя цепляться за котика, как за плот для утопающего.

– Дуглас Пак, – сорвалось с губ. – Это он? Он… Не может быть. Не настолько же он сумасшедший?

– Проверим. – Акель чуть отодвинулся от меня и посмотрел в глаза: – Все это действительно лишь предположения, не подтвержденные фактами. Пока что. Но после Ночи Огней нам будет чем руководствоваться. Аурика… Пора спать, знаешь?

– Да.

Меньше всего мне хотелось спать. И отворачиваться от Тардилара тоже не хотелось. Близость котика казалась не просто желанной, а необходимой. А жизнь, как выяснилось, не скупилась на сюрпризы, заставляя по-новому чувствовать вкус каждого нового дня. И каждой ночи.

– Поцелуй меня, – попросила я, двумя словами разбивая огромную стену, выстроенную между мной и остальным миром. Подумалось, что вот сейчас Акель начнет снова шутить насчет моей непредсказуемости и ведьмовской натуры…

Но он не стал.

Положил руку мне на затылок, опалил горящим взглядом и впился в губы, будто только этого приглашения и ждал. Я отвечала неловко, но со всей возможной отдачей.