– Нууу… – протягиваю я, не зная, что ответить.

– Все нормально, – кивает Максим. – Я только закину туда лэптоп, и мы прогуляемся. Ты далеко живешь?

– Не очень.

– Отлично.

Мы бредем по пустым кварталам почти в тишине, лишь изредка обмениваясь какими-то фразами, но у меня нет ощущения неловкого молчания: напротив, мы как будто позволяем друг другу насладиться теплой летней ночью. Когда до моего дома остается совсем немного, не желая раскрывать свое место жительства, я останавливаюсь посреди тротуара:

– Дальше я сама.

– Предусмотрительная, – усмехается Максим.

– Есть немного, – я киваю, глядя на мужчину, который стоит напротив, так близко, что даже руку не придется полностью вытягивать, чтобы прикоснуться. А прикоснуться хочется очень, не знаю почему…

– Еще раз с днем рождения, Тася, – говорит мужчина мягко и хрипло, и я понимаю, что дыхание у него сбилось.

– Спасибо. И спасибо, что проводил. И оплатил счет. И за коктейли…

– Ты же видела записку? – спрашивает он тихо.

– Да, – у меня во рту все пересыхает. Он вдруг перехватывает мою ладонь, как там, в баре, и подносит к губам. Я хочу вырваться, но вместо этого замираю и завороженно смотрю, как он по-очереди погружает в рот мои пальцы, облизывая их, обводя по кругу горячим мокрым языком. После этого он направляет мою ладонь под подол летнего платья, заставляя коснуться влажными пальцами влажного уже белья. У меня перехватывает дыхание, я нервно сглатываю, но не вырываюсь, а вместо этого воровато оглядываюсь вокруг, боясь, что нас застигнут врасплох. Но на улице пусто, только фонарь мигает над нами оранжевым светом.

– Что ты делаешь? – шепчу я пересохшими губами.

– Ничего из того, что хотел бы, – отвечает он тихо. – Ты девственница.

– Это что, приговор? – хрипло спрашиваю я."

"– Нет, – он ухмыляется. – Но это лишает меня возможности прямо сейчас прижать тебя спиной к столбу, задрать платье и вколотить в тебя член.

Я задыхаюсь от этих слов и не сразу замечаю, что он давно заменил мои пальцы своими и гладит через тонкую ткань мой набухший клитор и влажную промежность. Чуть отступив, я и вправду прислоняюсь спиной к столбу, а его вторая ладонь уже скользит по моим губам, очерчивая ловкими пальцами контур. Потом он наклоняется ближе, я ощущаю его дыхание на своем лице, и он целует меня. Я отвечаю – инстинктивно и рвано, тут же обнимая его за талию и впиваясь пальцами в твердые бока.

Но он отстраняется:

– Так дело не пойдет…

– Что? – я напрягаюсь, отпрянув от него.

– Если ты будешь так прикасаться ко мне – я не выдержу и трахну тебя, наплевав на твою невинность.

– Но…

– Никаких но, – он чуть отстраняется и вдруг расстегивает пряжку на своем ремне, выдергивая его из шлевок с характерным звуком.

Я замираю. Что он собрался делать?

3 глава.