При нем были документы, что и позволило установить его личность. Иначе даже это было бы затруднительно.

– А деньги?

– Вот тут, – заглянул Мельников в бумажку, – сказано: какая-то мелочь, типа двух сотен марок, кредитная карточка. Ну, и все...

– Так, значит, если он и повздорил с кем-то, то убийца не взял этого ничего? – удивленно спросила я.

– Значит, не взял, – равнодушно согласился Мельников.

– Что там еще написано?

– Ну, там всякие, конечно, протокольности – как лежал, куда смотрел, степень разложения трупа, заключение судмедэксперта и прочая подобная ерунда. А, вот тут говорится, что смерть, скорее всего, наступила больше месяца тому назад, то есть, надо полагать, в первой декаде февраля, от удара по голове тупым металлическим предметом.

Вернее, не удара, а ударов. То есть, стукнули его по голове несколько раз. Скорее всего, ссора на почве личной неприязни, – с видом искушенного знатока прокомментировал подполковник. – В салоне машины твой герой повздорил с водителем, тот грохнул его по голове гаечным ключом, а когда увидел, что пассажир скопытился, свернул с Ленинградки и выкинул его в кювет. Вот и все. .. Слушай, Таня, давай лучше прогуляемся вместе по Набережной? Смотри, какие погоды дивные стоят!

Андрею, видимо, совсем не хотелось сидеть в душном кабинете и заниматься рутинными делами, раз он решился на такое предложение.

– Спасибо, я уже вчера нагулялась, – засмеялась я. – В другой раз – вполне возможно.

Когда я вышла из здания городского управления внутренних дел, в моей сумочке запищал мобильник. Я достала аппарат, нажала на кнопку, приложила трубку к уху и услышала взволнованный, срывающийся голос Марины Заботкиной.

– Татьяна Александровна, вы не могли бы к нам приехать? Тут просто кошмар какой-то творится! Я не могу говорить по телефону! Наш адрес запишите – Садовая, шестьдесят восемь, квартира двадцать четыре.

..

– Сейчас же выезжаю, – коротко сказала я.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Марина Заботкина только что закончила гладить постельное белье. Она выключила утюг, отнесла выглаженные вещи в спальню и аккуратной стопкой сложила их в шкафу. Она почувствовала, что немного устала и, налив себе минеральной воды с лимоном, прилегла с книжкой в руках на диван в гостиной. Обычно энергичная и деятельная Марина ощущала, что стала в последнее время быстро утомляться, и даже такой пустяковое и привычное занятие, как глажка, потребовала передышки.

Впрочем, она и восстанавливалась достаточно быстро, просто ей требовалось немного полежать или подремать.

Однако задремать Марине так и не удалось – не успела она прочитать пару страниц, как раздался звонок в дверь. Марина вышла в прихожую и, не спрашивая, открыла замок. На пороге стоял ее муж, Максим. Ахнув от неожиданной радости, Марина бросилась ему на шею.