Но это и понятно – что еще я могла сделать в данной ситуации? В Москву ехать бесполезно – там всего лишь обнаружили труп, и все. Поездку же в Германию я считала преждевременной. Единственное, что я могла сделать в настоящий момент – это запросить материалы дела Маркова.

С этой целью я посетила своего старого знакомого – подполковника милиции Мельникова. Андрей Александрович встретил меня радушно. В общем-то, это через него я проверила косвенное алиби всех членов компании – Мельников поднял компьютерные базы данных по авиа – и железнодорожным билетам. И он был уже в курсе, каким делом сейчас я занимаюсь.

Увы, Гарика Папазяна, на которого я имела небольшой зуб, привлечь мне не удалось: Он работал в другом районе, к тому же, он ловко отвиливал от разговоров со мной, отключив сотовый, а на свой рабочий телефон посадил какого-то сержанта, который всякий раз вежливо повторял мне, как попугай, что капитан Папазян уехал на вызов. В конце концов, мне это надоело, и я перестала ему звонить. Пришлось напрячь Мельникова."

"– Скажу тебе сразу, это тухляк полнейший! – категорично заявил Андрей. – Я мельком ознакомился с делом – никаких зацепок.

Этого Максима Заботкина, кстати, по-моему, уже выпустили – улик нет. Колоться он не намерен. Ко всему прочему, нас это мало касается, дело завели в Москве. Вот пусть они и рвут задницу на эту тему. А тебе вообще пора завершать эту бодягу.

– Это почему?

– Я же тебе говорю, парня того отпустили. Девчонке ты помогла, задачу свою выполнила.

– Ну уж нет, это дело меня заинтересовало, – возразила я.

– Ты подумай, Таня, что ты сможешь выяснить? Убийство произошло черт знает когда, черт знает где. Улик – никаких. Ко всему прочему, ты говорила, что убитый был человеком конфликтным, так что мог просто повздорить с кем-то по пьяному делу.

– Где? В аэропорту?

– А почему нет? В Шереметьево так надраться можно на радостях, из-за возвращения на родину! Я в прошлом году, когда из Финляндии из командировки по обмену опытом возвращался, так с ребятами напился, что только в поезде, уже на следующий вечер, и очнулся.

– Это – ты! А там, похоже, другое дело. Человек серьезный, непьющий…

– А я, значит, несерьезный и пьющий? – возмутился Мельников.

– И ты серьезный, – успокоила я его.

 – Но ты же не откажешься выпить, если есть достойный повод?

– Нет, – признался Мельников. – У меня и так работа нервная… Если еще не пить – совсем сдам.

– Ну вот, а Марков этот вроде бы вообще был убежденным трезвенником.

– Брось ты, – лениво отмахнулся подполковник. – Вот тебе факс, я предполагал, что тебе материалы понадобятся. Ничего интересного – нашли его в канаве около дороги, в трех километрах от Ленинградского шоссе, около Химок. Обнаружил тело водитель-дальнобойщик, в марте, когда подтаивать начало.