И тут я вспомнила, где и при каких обстоятельствах слышала эту фамилию! Конечно, Феклистовых на свете много, но внешность, внешность! Даже удивительно, насколько все совпадает! К тому же, вспомнив все детали, окружавшие это имя, я поняла, что теперь все складывается. Теперь – да. Я наконец была уверена, что знаю, кто убил Льва Маркова!

* * *– Ну, и как ты собираешься все это доказывать? – зевнув, спросил подполковник Мельников, выслушавший меня без особого интереса. – Еще раз напоминаю тебе, что дело это не наше. Им занимаются в Москве, более того, даже не в Москве, а в Подмосковье.

– Нужно расшифровать телефонные разговоры, проверить документы по переводу денег...

– И кто будет этим заниматься? – хмыкнул Мельников. – Ты представляешь, что это нужно согласовывать с Москвой: «Вестерн Юнион» – это тебе не какое-нибудь «ООО «Гастроном номер девять»! Это международная компания! Выходом на Интерпол дело грозит. А у них и без твоего Маркова проблем по горло. И действительно важных. Им твой психопат-таксист вообще неинтересен!

– А мне – интересен, – заупрямилась я.

– Ну вот скажи мне, – вздохнул Мельников, – зачем тебе это нужно? Деньги за работу ты и так уже получила. А за дальнейшее расследование тебе никто даже и «спасибо» не скажет. Как я понял, твоих клиентов Заботкиных уже даже напрягает это дело! Судя по тому, что ты мне рассказала, мужичонка этот мало у кого вызывал симпатию. Твой сумасшедший музейный барон – не в счет.

– Есть и еще несколько людей, которые относились к убитому терпимо и даже были по-своему привязаны к нему.

– Ой, это ты о бабах, что ли, его? – раздраженно спросил подполковник.

 – Особенно жена его бывшая, чувствуется, уж так привязана! Я тебе сразу говорил, что дело – тухляк. Согласен, согласен! – успокаивающе поднял он вверх руки, увидев на моем лице гневное выражение. – Много раз ты оказывалась права. Я даже согласен, что погонами своими во многом обязан тебе. Но здесь, извини меня, пожалуйста, помогать тебе я считаю бессмысленным. Даже если проверить все эти документы, это все равно не явится доказательством виновности в убийстве.

– Милиция могла бы снова заняться проверкой алиби, – настойчиво сказала я.

"

"– Вот пусть московская милиция этим и занимается, – отрезал Мельников. – Ты пойми, что у меня тоже времени – не вагон! Это когда я капитаном был – еще ладно… Сейчас у меня подразделение важное в подчинении, нет покоя, совсем. И времени нет! Да и силы не те уже. Жена постоянно жалуется, что я дома не бываю, а когда бываю, то не в состоянии свой супружеский долг выполнить.

– Сейчас появилось много новых препаратов, – съязвила я.