Говорить обо всем на свете! Две недели уже прошли, еще четыре пролетят так же быстро! Ты, наверное, уже позавтракал. Чем планируешь заниматься днем?

Откладывая телефон на тумбочку, встаю с кровати. Новое сообщение приходит, когда я заправляю постель. Не спешу его открывать. Даю себе возможность подумать чуть дольше, пока одеваюсь и привожу себя в порядок.

Усманов, очевидно, столь долгой паузы не выдерживает. Едва я откладываю расческу, телефон начинает звонить. С улыбкой принимаю видеозвонок, и время как будто останавливается.

Святик рассказывает о семинарах, к которым ему нужно к понедельнику подготовиться.

Я показываю ему лабораторно-практическое задание по высшей математике. Он сетует, что ему не с кем играть в футбол. Я сдержанно делюсь тем, как проходят мои тренировки. О том, что на них бывает Ян, естественно, умалчиваю. Стоит лишь подумать о нем, ощущаю волнение и какую-то вину. Хвала Богу, разговор плавно переходит на сериал, второй сезон которого выходит во вторник. Мы подробно разбираем трейлеры и превью, строим предположения и высказываем свои личные пожелания. Расстраиваемся, что не сможем смотреть новые серии вместе, и в какой-то момент в порыве ностальгии клянемся друг другу копить эпизоды до приезда Свята в Одессу.

– Да, конечно! Супер! – выдаю я, любуясь чудесной улыбкой Усманова. – Засядем вот здесь, как обычно, на моем диване, и все разом посмотрим!

– Я тебя зацелую, ангел… На этом диване зацелую до умопомрачения, маленькая…

Тотчас краснею. И не только потому, что смущают эти слова, а еще потому, что… Я вдруг, боже мой, вспоминаю, как Нечаев меня укусил.

Зачем только?..

А потом еще и… Прижался своими горячими и удивительно мягкими губами к моим пальцам.

Скользнув, прожег насквозь. Воспалил под кожей какие-то нейроны. Они полыхали, пульсировали и трещали от напряжения с такой силой, которая меня ужасала и будоражила. Кроме того, Ян заключил мою руку в оковы, притиснул к груди, которой я не должна была касаться, и этим будто бы заставил меня покориться. Все мои попытки освободиться являлись такими слабыми, что я сама в них едва ли поверила."

"Ощущений после этого контакта было столько, что даже дома, спустя несколько часов, уснуть не могла.

Думала об укусе, который обещала себе забыть. Вспоминала, как Ян смотрел и что говорил. Представляла, каким же все-таки он мог быть на вкус. И знаете, что поняла? Что этот вкус однозначно уникальный и ни на что не похожий. Просто… Это ведь Ян Нечаев. Он во всем отличался от других людей.

Едва не роняю телефон, когда в дверь стучат. Но увидев маму, с облегчением переключаюсь на нее. Даю им со Святом поздороваться. Слово за слово, и они, как говорится, зацепляются языками.