Повторяет и повторяет, пока я пытаюсь вспомнить, что делать, чтобы не проваливаться в поглощающее все разумное и доброе неистовство.

Я ей, вышибая двери в душу, тоже сообщаю важное."

"– Ай лав ю, Одуван. Разбесоебился страшно.

Стыдно, но, кроме всего прочего, тем самым предупреждаю: не могу быть адекватным.

Чувств, эмоций и ощущений столько, что меня из-за них натурально тошнит. Ловлю передоз со всеми вытекающими.

И я собираюсь раскрутить все это еще сильнее?

Пиздец, как смело.

– Я люблю тебя… – бомбит Юния нещадно, пока я приподнимаюсь, чтобы освободиться от штанов.

Стоя на коленях между раздвинутых бедер Ю, пялюсь на влажные завитки ее необычайно светлых лобковых волос. Непривычно это выглядит, очевидно, из-за того долбанутого правила, которого я придерживался все годы зрелости. Я ведь реально никогда не ебал блондинок. Правда, и у брюнеток на наличие волос на пизде я особо внимания не обращал. Полагал, что мне нравятся бритые. Сейчас же, глядя на скромные завитухи Ю, чувствую себя вдруг страшным извращенцем. Сорян за уточнение, но это не те дебри, которые я встречал в ретро-порно. Кудряхи заи едва прикрывают красноту ее набухшего клитора.

В то время как розовые и шелковистые складки половых губ представлены на обзор полностью – на них нет ни единой волосинки. Кроме того, благодаря бушующему в камине ярко-оранжевому пламени я отчетливо вижу то самое крошечное сужение нежной плоти, где находится вход в тело Ю.

– Я люблю тебя… – продолжает шептать.

Блядь, я очень надеюсь, что она не замечает того, как я рассматриваю ее. Думаю, даже не предполагает, что именно демонстрирует с раздвинутыми ногами, иначе бы так спокойно не лежала. Сама ведь смотрит исключительно мне в лицо.

Несколько раз перехватываю взгляд – Ю непоколебима. Если бы не видел, насколько она мокрая, решил бы, что в сексе заинтересован только я. Но Юния течет. Капитально течет. Понимая, что скоро я это не только видеть и вдыхать буду, но и почувствую обнаженной плотью, наконец, сдергиваю штаны.

– Я люблю тебя… – упорно толкает моя медовая зая.

А я представляю, как на ее влажные завитухи упадут молочные капли моей спермы, и даю такого ебу, что полностью для мира теряюсь.

Порываюсь наброситься на Ю, словно изголодавшийся дикарь.

Но в последний момент, когда воздух касается переполненного кровью, мучительно тяжелого и адски чувствительного члена, застываю, тупо не в силах пошевелиться.

Поясницу и низ живота опаляет огнем. Яйца рефлекторно поджимаются, после чего их переполняет болью.

Вдох. Выдох. Монументальность моей вышки зашкаливает.

Это Ю. Моя Ю. Моя зая. Мой нежный Одуван.

«Любовь. Любовь. Любовь», – повторяю мысленно, как мантру.

Хорошо, что Юния в этот же миг юзает это слово вслух.

В блок похоть. И я накрываю ее обнаженное тело своим.